Кондотьер [Сборник litres, книги 1-3]

– Логично.

– Ну, все, давай будем спать – вечером нам понадобятся силы.

– Спать так спать…

Приподнявшись, Магнус задул свечу, и бункер погрузился во мрак. Спать в общем-то не хотелось, Арцыбашев никогда и не умел вот так, заранее, высыпаться. Скорее уж после.

– Дойчланд зольдатен… унд дер официрен… – неожиданно напела Анита. Напела и тихонько засмеялась: – Этот марш любит насвистывать Аргус. Вот и ко мне через него привязалось. Не очень-то и красивая мелодия, а вот поди ж ты, не отвязаться.

– Ты… ты часто встречалась с Аргусом? – не утерпев, шепотом поинтересовался король.

Девушка тут же перестала свистеть, и ее ответ показался Магнусу весьма неожиданным:

– Да, я спала с ним пару раз. Из интереса, от скуки… Знаешь, Георг… ох, извини – Магнус… У меня никогда не было любимого. Меня никто никогда не целовал… ну, не считая мамы и братьев, не провожал, не гладил по руке, в глаза не заглядывал. Никого никогда не интересовало – о чем я думаю, о чем мечтаю… вообще – есть ли у меня мечты? Никто не спросил, какие книги я читаю, какую музыку люблю, какие фильмы посмотрела бы!

– И какую ж ты музыку любишь?

– Разную… Танго люблю, вальс. И джаз – да-да, джаз – тоже. Обожаю Марику Рекк, Ольгу Чехову и, знаешь, никогда не считала Марлен Дитрих предательницей, как о том говорили в рейхе. Вот, милый Магнус… – чуть помолчав, тихо продолжила девушка. – Только ты и спросил. И то – после того, как я пожаловалась. Ты чуткий. Ты… вообще, – женат?

– Женат, – не стал отрицать Арцыбашев.

– А жена… жена у тебя красивая?

– Очень! – Его величество вновь не покривил душой. – И сын есть – Вольдемарус. В честь покойного дедушки назван.

– Повезло твоей жене… Она, вообще, жива? Ой, извини, что спрашиваю.

– Надеюсь, что жива…

– Ну, извини, я не со зла. Правда. Обо мне ведь так не спросит никто. Разве что Эйно и Яан. Так Эйно в плену, а Яан… Бедный мальчик! Вообще, я не знаю, что с ним будет. Этот Аргус… чтоб ему пусто было, совсем затуманил мальчишке мозги.

Король усмехнулся:

– Зато тебе обещал браунинг подарить.

– Обещал… – девушка снова затихла, слышно было, как скрипнуло под ней ложе – снарядный ящик. Потом снова зазвучал голос, на этот раз, явно с волнением, с придыханьем:

– Возможно, вечером нас с тобой ждет смерть… а я никогда… Никогда еще с тем… кто мне нравится… Аргус не в счет. Не отталкивая меня, пожалуйста!

Почувствовав вдруг, как Анита села с ним рядом, молодой человек протянул руку, дотронулся… до гладкой и теплой кожи. Девчонка уже скинула с себя всю одежду, прижалась к Магнусу волнующе желанной, нагой… Полезла ладонями под одежду, зашептала, целуя в уста:

– Не отталкивай меня, ладно? И не говори, что не прошло и дня… Я будто тебя сто лет знаю… ах…

И кто бы смог совладать с таким натиском? Да и девушку обижать не хочется. Рассудив именно так – пусть цинично, но верно, – Арцыбашев погладил хуторяночку по спине, по бедрам, пальцами поласкал грудь – упругую, теплую, с маленькими твердеющими сосками.