Дорогая мамочка. Война во Вьетнаме глазами снайпера
- Автор: Уард Джозеф Т.
- Год: 2010
- Язык: русский
- Год: Random House
- ISBN: 0307784312, 9780307784315
- Переводчик: Сергей Бокарев
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Дорогая мамочка. Война во Вьетнаме глазами снайпера». Краткое содержание книги:
Письма, которые писал домой Джозеф Уард, раскрывают редко наблюдаемую сторону войны. Находясь под ночным минометным обстрелом, с ротой морпехов в простреливаемых джунглях, выполняя секретные задания в Лаосе, или ведя опасную «свободную охоту» в группах из двух человек, Уард жил на войне тем способом, которым жили лишь несколько человек. И воевал он так, как воевали лишь некоторые — лицом к лицу с врагом.
— Этим утром вьетконговцы на собрании убили старейшину. Затем убили всех в хижинах. — После чего повернулся и зашагал по узкой тропинке, ведущей к расположению роты. Пока мы шли, он предупредил меня, чтобы я не сходил с тропы и не наступал на что-либо, что выглядит неестественно, даже на обертку от жвачки. — Добро пожаловать на войну, Уард. — добавил он сухо.
Я достаточно много слышал о Чаке Мауинни, чтобы сформировать для себя картинку о нем, как об эксцентричном человеке с навязчивой идеей убийства. И чуть не запаниковал при мысли о встрече с ним, не говоря уже о том, чтобы быть его напарником. Когда же Дейв познакомил нас, все мои предварительные представления о нем испарились. Это был худощавый, тихий, почти застенчивый человек, с быстрой, хотя и несколько напряженной, улыбкой. Чак Мауинни был профессионалом во всех смыслах этого слова. С другой стороны, Дэн Кольер, подтвердил впечатление, которое я предварительно сложил о нем. У него были темные круги под глазами, и его бледное, искаженное лицо выдавало в нем больше, чем просто «легкий случай нервозности».
На следующее утро перед восходом солнца, мы с Чаком в сопровождении пехотного отделения с первым лейтенантом во главе покинули базовый лагерь для проведения обычного патрулирования. Дэн остался в расположении. Чак хотел посмотреть, как я буду справляться с собой. Примерно через час после выхода из лагеря, головной дозор обнаружил нескольких бойцов НВА, передвигавшихся через большую поляну в девяти сотнях ярдов от нас. Отделение присело, и по цепи передали: «Снайперы — вперед!». Чак уже бежал к небольшому возвышению, находившемуся примерно в семидесяти пяти футах от нас по другую сторону рисового поля. Я бежал следом.
Лейтенант кричал и ругался настолько громко, насколько отважился делать это Чаку, чтобы тот замедлился и следил за минами-ловушками. Если Чак и услышал его, то не подал виду, и через несколько секунд занял положение для стрельбы с колена. Как меня и учили, я занял место в двух футах слева позади него. К этому времени я уже навел на них свой бинокль и подтвердил, что они вооружены. Чак взял под контроль свое дыхание, и раздался первый выстрел.
Один «Чарли» в центре колонны упал. Я услышал свой голос: «Попадание!», — слово было сказано спокойным, хорошо отработанным голосом, точно так же, как я много раз произносил на стрельбище. Все Ви-Си, кроме одного, начали бежать и потащили своего погибшего товарища к опушке, откуда они появились. Утреннюю тишину разорвал второй выстрел, и первый человек в отступающей колонне упал. «Попадание», — вновь сказал я, наблюдая за ними, поднимающими второе тело и уходящими в укрытие деревьев. Человек, который появился с противоположной стороны опушки, допустил две ошибки. Его первой ошибкой стало то, что он отделился от основной группы. Его последней ошибкой стала попытка соединиться с ней на виду у снайпера. Прогремел еще один выстрел, и он упал за дамбой рисового поля. Третий раз за какие-то полминуты, слово «попадание» выскочило из моих уст. Я ничего не чувствовал. Я еще не погрузился в реальность происходящего.
Чтобы получить подтверждение ликвидации, снайпер-разведчик должен был обыскать тело на наличие оружия и документов, а затем заполнить специальный формуляр (килл-лист). На лицевой стороне указывалось имя командира команды и его наблюдателя, серийный номер винтовки, серийный номер прицела, дата и время, численность противника, направление его движения, тип вооружения, а также координаты по карте, где было оставлено тело или тела. В формуляре также был раздел для описания деталей, выявленных при проведении беглого осмотра трупа при поиске оружия и документов. Одна пуля оставляет тело относительно неповрежденным, осмотр которого может дать тренированному глазу ценные разведывательные сведения о войсках противника в этом районе. Отмечался пол и приблизительный возраст трупа; кожа, ногти, глаза, и зубы проверялись на наличие признаков недоедания и болезней. Также фиксировалось состояние униформы, снаряжения, и пищи, которую он или она несли. На обратной стороне листа было места для записи количества подтвержденных убитых, вероятно убитых, раненых, и отдельное поле для записи прочих деталей. После этого формуляр подписывался самым старшим по званию из присутствовавших на месте офицеров. У нас почти не было времени на заполнение таких килл-листов прямо на месте, но инструкторы в снайперской школе хорошо знали свое дело — наши навыки ведения наблюдения позволяли фиксировать все подробности в уме, а затем превращать их в формуляры после нашего возвращения в более безопасные районы.