Халим. В плену у шейха [publisher: SelfPub c оптимизированной обложкой]

ГЛАВА 24

– Тебе понравилось, – его губы кривятся в издевательской усмешке. По крайней мере, мне она кажется такой. Особенно после того, как он меня назвал. – Но ты грустишь. Скажи, в чём причина? – ловит меня за подбородок, а второй рукой удерживает за талию, чтобы не сбежала. Я же теперь, когда возбуждение и судороги оргазма схлынули, ощущаю внизу живота ноющую боль. О том, какой сейчас раздрай творится в душе, стараюсь не думать. Мне мерзко даже не оттого, что он делает со мной, а оттого, что поддалась. Точно шармута.

– А это разве имеет какое-то значение? – стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно, но он всё равно дрожит, и шейх это замечает.

– Я причинил тебе боль? – продолжает допытываться, склонившись над моими губами так, что вот-вот коснётся их своими. А мне не хочется чувствовать его касания, его грубые, неприятные ласки.

«Так уж и неприятные?» – насмешливо интересуется подсознание.

– Ты всё время причиняешь мне боль, – отвечаю уклончиво, мечтая, чтобы он скорее ушёл. Но у шейха, похоже, совсем иные планы.

– Ты лжёшь, Райхана, – потешается надо мной с лукавыми искорками в чёрных глазах. Но я также замечаю и раздражение, оно только зарождается в нём, но уже слышу. – Тебе было хорошо. Так хорошо, что ты кончила. От насилия не кончают.

Его слова режут по живому, и мне больно оттого, что приходится признать – он прав. Этот подонок прав.

Губы дрожат, но я упрямо их поджимаю, чтобы не начать спорить с ним. Пусть только уйдёт. Пожалуйста.

А шейх, восприняв моё молчание по-своему, поднимается и тянет меня за собой. Что? Опять?

– Что ты… – лопочу растерянно, пока Халим, усмехаясь, разворачивает меня к себе спиной.

– Сейчас покажу тебе, как сильно ты заблуждаешься.

Я сопротивляюсь всего пару мгновений, но шейх преодолевает неподчинение так же быстро, как и входит в меня. Прямо сразу и на всю длину. Я слышу глухой вскрик и уже после осознаю, что принадлежал он мне. Эль Хамад же, не дав мне даже возможности привыкнуть, начинает двигаться внутри, прижимая спиной к своей груди.

– Я буду делать это, пока ты не признаешь, что тебе нравится. Пока не перестанешь лгать мне и себе.

Влажные шлепки становятся громче, сильнее, и тело отзывается тягучей болью каждый раз, когда Халим врезается пахом в мои ягодицы. Довольно рыча, проникает всё быстрее, а я зажмуриваюсь и, прикусив нижнюю губу, беззвучно плачу. Не из-за боли, нет. Из-за того, что уже чувствую, как лоно начинает наливаться горячей тяжестью, а дискомфорт сменяется желанием. Это так мерзко, что я не выдерживаю и всхлипываю вслух, а шейх неожиданно останавливается, хватает меня за волосы и тянет голову назад, заглядывая в лицо.

– Уверена, что хочешь так? – цедит сквозь зубы, спустя, кажется, целую вечность, а после, не дожидаясь ответа, швыряет меня лицом в подушки и, придавив тяжестью своего тела, продолжает пытку, только на этот раз более резко, отрывисто, будто хочет забить меня до обморока.

– Нет… Прошу… – поскуливая, мну подушку пальцами, а шейх, надавив мне на затылок, приподнимает мои бёдра и…