Утятинская торговка
- Автор: Черноусова Евгения
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Утятинская торговка». Краткое содержание книги:
– Вы заметили, как много образных выражений со словом «руки»? Развести руками, умыть руки, опустить руки, заламывать руки…
Я много рук при встречах пожимал,
И многих недостойных обнимал,
А если дружбы я не находил,
То горестно руками разводил.
Когда и хлеб, и кров я потерял,
То к небу рук в мольбе не воздевал,
А пред собой тянул что было сил
И милостыню у людей просил.
Я рук не опущу, покуда жив,
Не отойду, бессильно их сложив,
Но вот приходит мой печальный срок,
И в руки вложен крест и образок.
Скажете, такое нарифмовать может любой мало-мальски образованный гуманитарий? Соглашусь! Отглагольные рифмы, парная рифмовка – не бог весть что. Но незавершенное это стихотворение обагрено кровью Василия Коневича. Он был убит разбойниками в тот момент, когда набело переписывал только что сочиненное им стихотворение «Руки». Перо выпало из его рук на слове «крест»… Есть такое слово – «предвидение». И оно уже из области поэзии…
Ираида Семёновна кивнула Константину, и они на цыпочках покинули зал. Выйдя из музея, Константин сказал:
– Теперь нам надо пройтись поодиночке. Ты куда пойдешь?
– В магазин зайду, потом в банк.
– Какой, лопнувший?
– Нет, там недели две ясности не будет. В Сбербанк, коммуналку оплатить. А что?
– Да хорошо бы в такой банк, где ячейки есть.
– Ладно, в Облкомбанк зайду, это напротив. Ячейку снимать?
– Будет тебе хихикать. Просто сделай, что тебе нужно, и возвращайся. У парковых ворот они разошлись: Ираида Семеновна повернула налево, к площади, а Константин перешел дорогу и быстрыми шагами двинулся к автовокзалу.
Два дня они давали возможность приехавшим с Саньком топтунам выявлять преследователей. К вечеру второго дня сели в его машину и подъехали к гостинице. Здесь к ним присоединились топтуны Щукин и Тюрин. Ираида Семеновна спросила: «Ну, что?», на что Константин ответил: «Сейчас отъедем и посмотрим кино».
Машина встала у парка, и Щукин протянул Ираиде Семеновне телефон:
– Здесь все наблюдатели. Приметили кого-нибудь?
– Этот в музее был. Этот… где-то я его видела. Местный, наверное…
– Нет, квартиру в трехэтажном доме снимает. Оттуда очень хорошо просматриваются окна спальни и кухни.
– Значит, меня не только пишут, но и рисуют? Какая мерзость! Ой… это же Славка!
– Кто?
– Это мой племянник.
– Тогда понятно. Первый живет в гостинице, безусловно, действует вместе с вашими соседями. Когда вы с Костей ходите отдельно, этот расписной вызывает соседа, и они ведут вас, причем вы – главный объект.
– Почему вы так решили?
– Потому что следит за вами всегда этот расписной как более опытный.
– Расписной?
– Татуированный. Наверняка с уголовным прошлым. Вот этот, которого вы где-то видели, вместе с вашим племянником снял вчера квартиру в трехэтажке. По очереди сопровождают вас, когда вы выходите из дома. На Костю не реагируют, если выходит один, не ведут. Расписного заметили, вчера довели до гостиницы и расспросили о нем. Больше не следят. Я так понимаю, вас охраняют.
– Дайте-ка еще раз гляну… Точно, Седов.
– Кто?
– Это младшенький Димки Седова, моего одноклассника. Я его видела только младенцем, но знакомое что-то почувствовала сразу. Он на отца похож и на Сашку, брата. Вроде бы они у него оба школу милиции кончали. Ну, пионеры-тимуровцы! Всё, надо это дело заканчивать. Еще не хватало, чтобы эти дурачки пострадали.
– А как заканчивать?
– Я так понимаю, что грабили нас квартиранты?
– Скорее всего. Если предположить, что микрофоны установлены тогда же.
– Я уже говорила Косте. Перед поездкой в Москву у меня в зале кусок штукатурки над дверью отвалился. Я сама подштукатурила и кусок обоев приклеила. Микрофон за дверной наличник заложен. Значит, после моего отъезда. А после ограбления соседи бдительность повысили, мышь бы не проскочила. Скажите, за два без малого месяца отпечатки сохранились?
– Но ведь их снимали, когда обнаружили кражу.