Трагедия Дикого («Снежного») человека

Киргиз любит конный спорт, любит музыку, фантазия его богата, а некоторые народные сказания и фантастические предания дышат подлинной поэзией. В горах, в которых киргиз проводит лучшую часть своего времени, — он украшает каждую, более или менее выдающуюся скалу циклом мифических событий, каждое ущелье в преданиях служило ареной фантастической борьбы и героических моментов. Эта фантазия, рисовавшая мифические события, создавала и не менее чудовищных зверей, которые отличались особыми внешними свойствами, а нередко представляла собой как бы помесь отдельных зверей между собой или же обладала некоторыми человеческими свойствами. Так, существует предание, что по течению реки Чичкан (левый приток р. Таласа) жили в глубоких пещерах зверообразные люди, которые поедали заблудших путников и питались исключительно их кровью. И теперь это место называют „Дж-уй“, что означает „подземелья“.

До последнего времени к области этих фантазий относили рассказы киргизов о невероятном животном, похожем с виду на человека, но имеющем медные когти и медную пасть[1]. Этот зверь должен питаться также человеческой кровью, и, по рассказам, еще не так давно — всего 70 лет назад, причинял много горя родственникам тех, кто погиб в когтях „джес-турмука“ или, иначе, „джез-тырмака“ (медная пасть и медные когти).

Эта легенда распространена только у киргизов южных горных районов, непосредственно примыкающих к границам Китая (Кашгарии), но с теми же, приблизительно, подробностями она повторяется и в самых северных районах от Алайского и Заалайского хребтов и, охватывая Ферганский хребет, Таласский Алатау, Сусамырский и Чаткальский хребты, распространяется также на север по Тянь-Шаню, Кунгей и Терскей Алатау.

Киргиз, рассказывая об этом звере, и не подозревает, что его рассказ может вызвать лишь улыбку, с которой слушают фантастическое вранье. Он укажет вам места, где, по рассказам его стариков, джес-турмак умерщвлял свои жертвы, он серьезно будет уверять, что через этот вот хребет нельзя было раньше переходить, так как там жили эти человекообразные. С такой же обстоятельностью он будет вам говорить и о богатырях, размерами своей подошвы не уступающих новейшим американским дредноутам, и если он очевидно глубоко верит этим героям, то и всякая чудовищная подробность для него — неоспоримый факт.

О джес-турмуке он будет говорить вам, что это человекообразное — немного лишь больше человека, но своими медными когтями и зубами нагоняющее такой неописуемый ужас на человека, что на последнего при встрече с ним нападает столбняк: он не в силах убежать и становится тут же его жертвой.