Право истинной пары [СИ]

Арабелла кладет голову на плечо Разиля.

— То есть до этого, ты не понимал этого?

Он согласно кивает. Взгляд свекрови скользит по мне, и я выдавливаю из себя свою самую искреннюю улыбку, и это, по-видимому, срабатывает, потому что Арабелла заметно расслабляется и не подозревает ни о чем.

Еще чуть-чуть и мать Тиграна поняла бы, что ее сын не мог настолько измениться за такой короткий срок! В какой огонь ты нас бросаешь, Тигран?

— Ну ладно. Рада, что ты так считаешь, — начинает она играть с локоном своих волос.

Как бы я хотела убедить ее в том, что я не представляю для нее, сына и ее семьи никакой угрозы. Но не знаю, поверит ли она мне? Ведь я хочу сделать ее сына счастливым, может, не того, за кого я вышла замуж, но все же. Тигран также является ее частичкой, и я более чем уверена, что она также его любит, хотя сейчас она убеждена в том, что он мертв.

— Я люблю Амалию больше жизни, и она всегда будет рядом с нами, — заявляет Тигран.

После его слов, он целует мои костяшки пальцев. Я перевожу взгляд с Тиграна на Арабеллу и по натянутому выражению ее лица мне становится предельно ясно, что она не оставила без внимания то, что ее имя не было названо ее сыном.

— Никто и не мешает тебе любить ее, — нервно произносит женщина. — Разве это не так?

Разиль вздрагивает, словно его ударили, но он быстро справляется с этим наваждением.

— Дорогая, никто никого не обвиняет. Тагир лишь признается в любви своей супруге. Вот и все, — он пытается успокоить ее, но это не так-то просто сделать.

— Я просто не могу понять, что Тагир имеет в виду, когда говорит, что Амалия будет всегда рядом с нами. Разве что-то может измениться? Она супруга моего сына и никто не сможет этому помешать! Но… Зачем так вообще говорить?

Игра на публику…Арабелла, давно ты этого не делала… У меня даже не возникает желания смотреть на нее.

— Мне необходимо кое-что забрать из дома… — Мне уже нет смысла заканчивать предложение, потому что Тигран берет меня за руку и, поблагодарив за ужин, ведет за собой в дом.

— Тигран, ты мог бы остаться.

— Не здесь, Амалия, — он вновь бросает взгляд в мою сторону.

Мы начинаем удаляться в сторону нашей спальни. Нашей… Нашей с Тагиром, но не с Тиграном. Это все так не правильно…

— Добро пожаловать в семью, — говорю я Тиграну.

— Она всегда так с тобой?

Мои губы растягиваются в улыбке:

— Спасибо за твою поддержку.

— Тагир этого не делал?

Моя улыбка моментально гаснет.

— Ты ведь знаешь, что нас поженили насильно. У нас не было выбора, а Тагир на этот счет не сильно парился.

Тигран на секунду теряется, не зная, что ответить на мои слова.

— Черт! Черт! Черт! — кричит он.

— Пожалуйста, успокойся, — обнимая его за плечи, говорю я. Его спина напряжена, а дышит он очень часто, мое самообладание также находится ближе к нулю.