Немного любви в холодном Мэноре (СИ)
- Автор: feral brunette
- Язык: русский
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Немного любви в холодном Мэноре (СИ)». Краткое содержание книги:
— Выбирай сейчас. Поттер или Малфой?
Лёгкая шелковая рубашка тут же стала необъяснимо тяжёлой. На плечи, будто бы упало несколько тонн камней, которые заставляли кости хрустеть под весом. Роза, которую Гермиона сжимала все это время в левой руке — выпала, а шрам начал гореть. Ей хотелось закричать, но стальные цепи Непростительного не ослабили хватку. Миллион разных картинок заискрили перед глазами, голова закрутилась, а ноги подкосились.
— Я — Гарри, Гарри Поттер.
До боли знакомый, родной голос отбивался эхом в голове. Гермиона увидела перед глазами мальчишку: такой забавный, в круглых очках и длинной чёрной мантии. Он лучезарно улыбался и приветливо махал рукой. Зелёные глаза — такие близкие сердцу и душе. Только девушка захотела протянуть руку к ребёнку, как тот сразу же покрылся кровавыми пятнами, а глаза из насыщенно зелёного превратились в болотные.
— Выживи, Гермиона… Живи…
— Гарри… Мой милый Гарри…
Пути назад уже нет.
И только она раскрыла глаза, как в поле зрения попало тёмно-изумрудное платье, висящее в открытом шкафу. Ноги против собственной воли зашагали вперёд. В голове творилась полнейшая каша. Глазами девушка искала Нарциссу, свою белую розу, но вместо этого продолжала подходить к платью. Оно было очень красивым. Если бы Гермиона увидела его при других обстоятельствах, то обязательно захотела бы примерить столь прекрасный наряд. Но сейчас хотелось сжечь его, разорвать на куски, но уж точно не натягивать на себя.
Хотелось провалиться сквозь землю. Но вместо этого пальцы коснулись холодной ткани убранства. Пока слёзы скатывались по бледной коже щёк — руки натягивали платье.
— Прекрасно выглядишь, — раздался его голос. — Я рад, что ты прислушалась к моему совету.
— Ты же знаешь, что я не в силах противиться твоим приказам, — вырвалось из уст Гермионы. — Я не могу ослушаться.
— И соврать ты мне тоже не можешь, — с явной издёвкой добавил Том. — Мне безумно нравится твоя откровенность.
— Я ненавижу тебя, — процедила девушка. — Ты — исчадие ада.
— Иронично, что ещё не так давно ты не считала меня самым плохим человеком. Я ведь предупреждал тебя, пташка.
— В тот момент ты не направлял на меня палочку…
Сколько же боли было в её голосе, сколько отчаяния, сколько ненависти. Гермиона превратилась в настоящее воплощение гнева, только вот поделать с этим ничего не могла. Лишь покорно склонять голову. Когда-то Драко решил для себя, что она — его отражение. Видел бы он девушку сейчас: она и вправду превратилась в его отражение — верная, послушная, покладистая. Всё не по своей воле.
Абсолютно все вазы Мэнора были заняты розами. Красными. Гермиона спустилась на первый этаж и первое, что она увидела — это кроваво-красные бутоны. Никаких белых, невинных цветов. В горле стал новый ком, а на глазах вновь заблестели солёные капли. Девушка не понимала, откуда в ней столько слёз. Сжав руки в кулаки, она прошла мимо ваз. Только вот что-то внутри больно кольнуло, отдавая горечью на языке.
— Сегодня ты улыбаешься и со всем соглашаешься, — монотонно произнёс Том. — Что бы тебе ни говорили, пташка.
— Да, мой Лорд, — сквозь слёзы ответила Гермиона.
— Я вижу, что ты чем-то расстроена. О чём ты думаешь сейчас?
— Розы, — выпалила гриффиндорка. — Ты сменил белые розы на красные…
— Почему тебе так нравятся белые розы? Не находишь, что красный цвет более яркий и выразительный?
— Для меня белые розы — это больше, чем просто цветы, — она, конечно же, не врала ему. — Я смотрю на белые полузакрытые бутоны и нахожу некую схожесть с собой. Мне кажется, что…
Гермиона запнулась. Она попыталась собрать всю силу воли, если в ней ещё была таковая. Но крепкие нити Империо душили. Непростительное наступало на горло, вливало кипящую лаву, подчиняло себе.
— … эти цветы дарил мне Драко, — впервые это имя вылетело из её уст вслух. — Он дарил мне их по утрам или когда мне было грустно. Он говорил, что это — мои цветы, только мне они подходят…
— Как интересно, — задумчиво произнёс Том. — Это ведь воспоминание?
— Да. Мне приснилось это, но я более чем уверенна, что это не просто сон.
— И ты помнишь, что Драко дарил тебе розы?
— Да…
— Что ещё ты вспомнила, Гермиона? — его глаза впились в бедную девушку. — Что ещё скрывается в твоей голове?
— Я любила его…
— Любила?
— Люблю… Всегда.
Признание далось ей непросто. Этим вынужденным откровением она окончательно оголила душу перед своим хозяином. Гермиона пала перед ним, разлилась рекой.
— Какие громкие слова, пташка. Как жаль, что наш наследник рода Малфоев выбрал себе спутницу по жизни. Кстати сегодня ты сможешь с ней познакомиться. И помни — ты должна улыбаться.
— Да, мой Лорд, — слёзы жгли, но на лице красовалась улыбка.
— И ещё. Ты не любишь Драко Малфоя. Повтори.
— Я не люблю Драко Малфоя.
Министерство магии. Полдень.
Человеку свойственно надеяться, верить в лучшее, но не в её случае. Гермиона стояла по правую руку от Тома и лучезарно улыбалась, пока внутри всё тлело. Сейчас ей оставалось лишь надеяться на то, что каждый следующий вздох станет последним, что она наконец-то упадёт на мраморные полы Министерства бездыханным телом и этот кошмар закончится. Она потеряла всё, что имела. А имела она не так много.
Гермиона была убеждена, что её душа переживает предсмертное состояние, что обычные люди умирают от такой боли. Взгляд девушки упал на обезображенную руку и губы скривились в ухмылке. Она не помнила как, при каких обстоятельствах и почему её предплечье стало столь уродливым, но предположила, что это было не так больно, как сейчас.
Пожалуй, в данный момент было предпочтительнее ещё раз увидеть и почувствовать окровавленную руку, чем окровавленную душу.
И только рядом стоящий Тёмный Лорд знал, что и это ещё не апогей её боли. Пик будет достигнут через…
Три…
Два…
Один.
Драко Малфой показался в толпе под руку с девушкой, а в нескольких шагах от него были Нарцисса и Люциус. Ноги тут же подкосились, но Том удержал её. Гермиона начала задыхаться, плакать и чуть ли не кричать, пока на лице играла нежная улыбка. Глаза цвета карамели потемнели, с пушистых ресниц по бледному лицу стекала тушь, а сочные губы окрасились в кровавые оттенки.
— Возьми себя в руки, — шёпотом приказал Том.
Но, как оказалось, безумие гораздо сильнее любого Непростительного. Оковы слабли — истерика усиливалась. Гермиона резко вырвала руку из хватки своего спутника и помчалась в сторону Драко.
Никто из присутствующих не успел понять, что произошло, прежде, чем девушка подскочила к семейству. Она не обращала внимание на звуки битой посуды, на оклики Тома и на собственную слабость. Сопротивление заклятию, которое ей ни разу не удавалось — теперь ежесекундно отбирало силы.
Горящая карамель ударилась о холодную Антарктику. Их глаза встретились, впились в друг друга. Она так давно не видела его, так давно не прикасалась к нему и не слышала его голоса. До последнего утешала себя тем, что Том просто назло ей ляпнул, что Драко не мог найти другую, что это ложь.
Только вот говорить она не могла. Ядовитое Непростительное не позволяло. Гермиона улыбалась и плакала одновременно.
— Я не люблю тебя, Драко Малфой, — вырвалась горькая ложь. — Ты мне лгал. Лгал обо всём.
— Гермиона… — обеспокоенный голос Нарциссы заставил обратить на себя внимание. — Милая…
Переступая через жгучую боль — она продолжала говорить. Не понимала, откуда в ней есть на это силы, было всё равно на дрожащие ноги и полузакрытые глаза.
— Вы все, всё ваше семейство — я ненавижу вас. Вы предали меня, уничтожили. Вы оставили меня ему на растерзание, закрыли глаза, пока он…
— Силенцио, — раздался спокойный голос Тома. — Прошу простить меня и мою даму за такое выступление. Я думаю, что на сегодня с нас уже достаточно. Развлекайтесь, господа!