Винтики эпохи. Невыдуманные истории [litres]

Хорошо – обошлось без жертв. Был глубокий вечер, но толпа зевак росла. Оказалось, грунт осел – стены и повело. Электрические провода разорвало, дом погрузился во тьму. Ночь провели кто во дворе, кто в разорванном доме. Утром приехала «аварийка». Весь день налаживали газ, свет, закладывали кирпичом проём – штукатурили жильцы сами. Дом признали аварийным, и уже через два месяца мужчинам предоставили новую двухкомнатную квартиру. Чуть позже переселили и других жильцов; в доме оставались только Амалия и Лена – с временной пропиской.

Осенью 1985-го Лена окончила училище. Амалия искала, как сохранить городскую прописку дочери, – отпускать её в глухомань не хотелось. К тому же было обидно: большинство выпускников по блату умудрились получить распределение в город – Лене не удалось. В горздравотделе посоветовали найти пригород, где не держались «москали». Найти такой район посчастливилось: полунемка, полуукраинка, Лена устраивала здешнее начальство. Оставалось последнее – добиться перераспределения в училище. Рулетка на сей раз сыграла благосклонно: городскую прописку дочери удалось сохранить.

Квартирная очередь продвигалась быстро, а пока жили в аварийном доме, но ЖЭК (жилищно-эксплутационная контора) постоянно настаивал на выселении – внаём, мол, жильё сдавать запрещено. Амалия просила подождать, не доводить дело до суда, но ЖЭК оставался неумолимым. Начиналась «перестройка» – годы развала СССР. Выпускать из рук землю в центре города нарождавшаяся буржуазия не хотела, и дело довели до суда.

Судью и прокурора их района уволили за взятки, и судебная карусель проходила в одном из пригородов. На последнем процессе интересы ЖЭКа представлял рядовой электрик. Амалия просила подождать:

– Почему ЖЭКу непременно нужно нас выселить? У нас очередь скоро подойдёт.

Рулетка суда сыграла, однако, безжалостно – Маля была в отчаянии. Мысли плясали печальное танго: «Может, снова уехать в степи к казахам?..» Брела по берегу, высматривая, где бы удобнее броситься в реку, – так, чтобы уже и не всплыть. Не думала ни о Лене, ни о себе: жизнь казалась ненужной и бессмысленной. Маленькая, похожая на девочку Маля горько плакала. Проплакалась, смыла в реке слабость, и мозги её просветлели. Постояла и решительно повернула назад, к городу. Минутная слабость сменилась решимостью – ей нужна адвокатская контора!

Адвокат посоветовал отписываться жалобами:

– Это решение мы заволокитим, а там и очередь на квартиру подойдёт.

Напротив дома снесли старый детский сад, оттуда на зиму натаскала Амалия топливо, канализация работала исправно, воду наверх поднимали они в вёдрах. В один из вечеров Лена сидела за открытой книгой и в очередной раз наблюдала за мучениями матери, что дула на бумажку, пытаясь разжечь тлеющий в печи уголёк. Не выдержала – возмутилась: