Тайная Игра. Власть Греха (СИ)

Гис взял у Ферии мех и тоже сделал глоток:

– Эх, дочка. С обычным челноком вроде Атомоса это сработало бы. Но с боевым истребителем… – У нас все равно нет иных вариантов. Нужно попытаться! – И ты что, не планируешь телепортироваться из кабины? – Нет. Даже у физического бессмертия есть предел! Я одновременно и выполню задание, и нарушу планы не только Властителя. – И погибнешь! – Лишь физически. – Откуда ты знаешь, что лишь физически? Если взорвутся искусственные нефициты, выброс магической энергии будет столь сильным, что от тебя и как от духа ничего не останется! – Может, оно и к лучшему! – Нет, – Гис тряхнул дочь за плечи, – не смей так говорить! Никогда не смей так говорить!!! Ты все, что у меня сейчас есть. И мне все равно, если ты вероятно беременна, как ты считаешь, монстром. Фериен отнюдь не кажется монстром, дочь. В нем есть и часть нас с тобой. И по тому, что я видел, она возобладает. Может, как сказал этот Хардин, Фериен – именно тот, кто, в конце концов, наведет порядок на Ивалисе! – Нет, отец, он монстр!!! – Хорошо, пусть так. Но я не стану рисковать твоей жизнью, дабы уничтожить его! Сына я уже потерял, но дочь не потеряю! Почему, ты думаешь, я остался с тобой? И будет на то моя воля – никуда ты не полетишь!!!

Ферия подняла на отца взгляд и с тревогой спросила:

– Поэтому тебе было так тяжело после ритуала, из-за сына? – Да, было ужасно тяжело пережить все снова. До сих пор не могу простить себе… а тут еще ты со своей жаждой смерти, мести и… одному Фараму известно – чего! Почему я должен позволять своим детям погибать, почему, Ферия?!! Своим чудесным, умным и храбрым детям?! Почему я должен позволять посторонним силам навеки разлучать нас?!!

На это Ферия лишь вздохнула и взяла отца за руку. Холодную и лишенную пульса. Но для Ферии в этом более не было странности.

– Папа, прости меня. Я не хотела. Я никогда тебя не оставлю. Обещаю… – И я обещаю, что всегда буду рядом. Всегда.

После недолгого молчания Ферия, не выпуская руки отца из своих ладоней, спросила:

– Младший братик? – Да. Сейчас ему… было бы около десяти. – Несчастный случай? – Можно и так сказать. Предупреждаю, история не из легких. Ты уверена, что хочешь слушать дальше? – Да, продолжай, пожалуйста. – Тогда мне было всего тридцать. Но в то время я уже получил звание судьи-магистра. А немного погодя был временно назначен послом в Бужербу. Тогда-то я и сблизился с Ондорами. Халимом и Эстеллой. – Красивая женщина. Истинная королева. – Да. Верно сказано. – Вы были близки? – Были и в каком-то смысле остаемся. Но, немного не так, как ты думаешь. Даже сейчас мне известны далеко не все ее тайны, в особенности, касательно ее прошлого. Ну да бог с ними. Впервые увидев леди Ондор, я решил, что приложу все усилия, дабы завоевать неприступную красавицу, пусть и значительно старше себя. И, чего греха таить, решил не без толики честолюбивых устремлений. – И тебе удалось, не так ли? – Не спорю. Однако, позже я, к сожалению, понял, что моя победа обернулась поражением. Эстелла всегда главенствовала, всегда смотрела на меня слегка снисходительно, как на амбициозного мальчишку. Даже к сыну она выказывала больше уважения, хотя тот… ладно, бог с ним тоже. И, посему, я обратил взор на даму из окружения леди Ондор. Она была похожа на Эстеллу, как родная сестра, но при этом являлась лишь ее личной портнихой. Очень талантливой портнихой. Ее звали Мадлен Клеманс. На одной неделе моды в Аркадисе Мад даже получила серебряный приз, что само по себе нечто из ряда вон, поскольку, там все схвачено своими. Нет, и я тоже был не при чем. Мад добилась награды сама. Так или иначе, спустя год Мад сообщила мне, что беременна. Я, как истинный лорд, предложил Мад выйти за меня, но она отказалась. Сказала, что ее дом – Бужерба, и что в Аркадис она со мной не полетит. А когда Лу появился на свет, мы приняли решение расстаться окончательно. Луис, естественно, остался с матерью. Я оказывал им всяческую поддержку, но Мад всем своим видом показывала, что ни она, ни Лу в ней особо не нуждаются. Проводить определенное время с сыном Мад мне позволяла, но со все большей неохотой. Вначале я не мог понять, что происходит, но что-то явно происходило. Мад менялась просто на глазах. Во всех смыслах. Взгляд ее тоже менялся. В нем появился этот безумный блеск… но Лу на мать не жаловался, ссадины у него если и появлялись, то точно не были следами побоев или иного насилия. Обычные содранные коленки. Я даже спрашивал Эстеллу, все ли в порядке с Мадлен, и леди Ондор отвечала, что была пара срывов, но она потолковала с Мад, и та взяла себя в руки. А потом… Эстелла умерла. Прямо на балу потеряла сознание с кубком в руке и уж больше не очнулась. Доктора сказали, что это был удар, так как в вине ничего подозрительного не обнаружили. Однако, есть такие яды, очень редкие и дорогие, которые при контакте с воздухом моментально испаряются. Так что, черта с два я поверил в ту чушь с ударом. – Но кому могло понадобиться убивать маркизу Ондор и зачем? – Дело все в том, дочка, что у Эстеллы были какие-то темные дела с императором Грамисом Солидором. Поговаривали даже, в пределах Бужербы, что ее незаконнорожденный сын Дариус как раз от Солидора. Я своими глазами видел юношу и, да, определенное сходство имеет место быть, не смотря на золотые волосы и зеленые глаза матери. Ее смерть подействовала на юного Ондора самым драматическим образом. Однако, речь сейчас не о нем. После трагедии Мад исчезла вместе с Лу неизвестно куда, не оставив ни единого следа. Начать разыскивать их официально у меня не было никаких прав. Оставалось одно – действовать через информаторов. Судя по всему, Мад каким-то образом сумела подделать документы, так что, выйти на ее след оказалось весьма непросто. Я ведь, в конце концов, руководил не разведывательным бюро. Как бы там ни было, обоих до последнего так и не обнаружили. До последнего… когда сделать уже было ничего нельзя. Подруга Мад после все рассказала... стерва!!! – Но что произошло? – Взрыв нефицита в Набудисе. Мад и мой сын все то время скрывались в столице Набрадии. Что ж, мне следовало догадаться раньше. – Отец… – Я предупреждал тебя, дочка. – За что нам все это, отец?