Жена из другого мира (СИ)

Сразу хотелось встать и отойти, но я откинулся на спинку кресла и честно сознался:

— Работа в стадии исследования фактов. Выводов пока нет.

Дом душераздирающе заскрипел. Министр поднял взгляд к потолку и скривил тонкие губы. И затем неожиданно мягко признался:

— В прошлый раз было не так… шумно.

— Может потому, что они иномирянки? Ты же видел, во что она превратила моего привратного духа.

— Он не показался, — обронил министр, оглядывая мою любимую коллекцию эмбрионов.

— Дуух, выходи, — позвал я.

— А может, не надо? — просипел из стенки дух.

— Выходи, — строже повторил я.

Сначала из стены показалась стыдливо опущенная голова в капюшоне, затем тело в развевающихся лохмотьях. Страшные руки дух спрятал в рукавах.

Оглядев его, министр велел:

— Руки покажи.

Мой дух моментально их высунул. Да, умеет наш министр командовать. Он холодно сообщил:

— Мой стал таким же.

— Что? — спросили мы с духом одновременно.

Министр приблизился к нему, обошёл по кругу и пояснил:

— Мой привратный дух сейчас выглядит так же.

— Может, у них водятся такие существа? — протянул я.

— Без головы? — дух стянул капюшон, чтобы напомнить о сгустке вместо черепа.

— А у моего там гадкая кишка со ртом на конце, — сказал министр и отмахнулся. — Но это не важно.

Он решительно прошёл к моему столу и вскинул тонкую бровь. Пришлось вставать и нести из угла стул. Хорошо ещё, министр в это время не занял моё место, как он любил делать в детстве, когда с дядей приходил к нам в гости. Уже тогда он грезил постом министра, за что и получил в кругу близких прозвище, позже ставшее служебным званием: министр.

С минуту он просто смотрел на меня таким взглядом, что я начал тщательно вспоминать, не натворил ли чего страшного в ближайшем прошлом. Ну, кроме того, что неудачно его женил и чуть не уничтожил наш остров.

— Скажи, этот твой магоед мог убить главу рода? — спросил министр.

— Мой?

— По форме вопроса понятно. Но хотелось бы уточнить: а здесь есть ещё чьи-то магоеды?

Да это почти оскорбление!

— Таких только я создал. Что касается первого вопроса, то… Если большой стебель потеряет опору и упадёт на главу рода, то, конечно, может убить. Да и сухие при падении могут убить, если угодят в висок, например, или если неожиданно испугают: от разрыва сердца даже глава рода не застрахован.

Министр чуть склонил голову, чтобы исподлобья мрачно на меня глянуть:

— Я не твоё любимое научное собрание, давай обойдёмся без превратных пониманий вопросов.

— Кто убит?

— Ты не сотрудник министерства внутренних дел и не имеешь права получать секретную информацию.

— Через пару часов я всё равно узнаю, почему бы не сказать сейчас?

Министр смотрел на меня ледяным взглядом, и моё возмущение вмиг сменилось непривычной растерянностью:

— Министерство постарается сохранить это в тайне? Всё настолько ужасно?

Он не ответил, но во взгляде что-то изменилось, и мне стало совсем не по себе. Всякие неприятные ощущения мгновенно сменились бурной мыслительной деятельностью: выкинул из списка подозреваемых в смерти находящихся за границей глав (если я правильно их помню) и самых ярких звёзд столицы, исчезновение которых просто не скрыть, убрал занимающих министерские посты и… да всё равно много оставалось.

— Итак, — министр побарабанил пальцами по столу (значит, сильно нервничает, хотя лицо, как обычно, — маска спокойствия). — Мог ли магоед убить главу рода?