Подарок на совершеннолетие [СИ] [СИ]

Мы входим в гостиную и присаживаемся на диван.

— Плохо, Стеф, — Шарлотта поджимает губы. — Эстер оказалась обманщицей, и Алекс… он сам не свой.

— Что случилось?

Ответ мне известен, но Шарлотте лучше не знать об этом.

— Не знаю, как и сказать, — мнется она, — но кажется, Юлиан устроил Алексу что-то вроде подарка… в лице Эстер. И признался об этом только вчера… Жестокая, жестокая шутка, от которой все мы буквально в шоке! Как такое вообще могло прийти ему в голову?! Не следовало нам снова привечать его… и вот результат.

— То есть Эстер?..

— Пропала, словно ее и не было… — Шарлотта пожимает плечами. — Адриан ужасно зол. Вчера они ругались с Юлианом в библиотеке, наговорили много нехорошего друг другу… никогда не видела Адриана таким. Думаю, этот поступок переполнил чащу его терпения: он велел Юлиану впредь не переступать порог этого дома. Тот ушел, оглушительно хлопнув дверью…

— А Алекс? — вот что по-настоящему волнует меня.

И Шарлотта бросает на меня сочувственный взгляд.

— Алекс весь день не выходит из комнаты… Вот, полюбуйся, что он оставил на столе в столовой. — И протягивает рамку с пришпиленной в центре тропической бабочкой. Ее красиво распахнутые светло-салатовые крылышки кажутся почти прозрачными… и такими живыми.

Однако проколовшая ее игла слишком категорична и недвусмысленна — эта бабочка мертва.

Как и тот, кто сотворил это красноречивое панно с мертвой бабочкой посередине…

— Просил переслать его Юлиану. Здесь надпись — посмотри.

И я прочитываю «Ты сделал даже больше, чем рассчитывал…»

— Мне так жаль, — только и могу выдавить я — горло перехватывает от эмоций. — Что теперь будет?

Шарлотта качает головой.

— Я не знаю, Стефани. Я правда не знаю.

Мы намеренно не говорим о чуде в столовой — ведь это чудо, как ни крути! — и продолжаем разговор о Эстер.

— Мы как чувствовали, что добром это не кончится, — произносит Шарлотта с сожалением. — Нам сразу показался слишком неестественным этот ее внезапный интерес к Алексу…

И я не могу смолчать:

— В него легко влюбиться.

Мы смотрим друг другу в глаза, и я знаю, что ей известен мой маленький секрет… Секрет Полишинеля, если уж на то пошло.

— Прости, я вовсе не это имела в виду, ты ведь понимаешь? — Шарлотта касается моей руки, как бы успокаивая и прося прощения одновременно, но я чувствую себя обязанной заступиться за парня и потому произношу это вслух:

— Я люблю Алекса.

Звучит как вызов, на который моя собеседница отзывается тихой улыбкой:

— Я знаю об этом… мы все знаем.

И пока она обнимает меня, незаметно засовываю телефон за диванную подушку.