Заложница его фетиша

Свесив ноги с кровати, медленно прошла в ванную комнату. Журчание воды из лейки душа успокаивало нервы. Сегодня ей уже легче. Грубые, уничтожающие слова Андрея, брошенные, как монета, оплата за услугу, еще болели, но уже не так, как вчера. В душе чувства ожесточались. Надо жить дальше. Жить. Ради себя. Проглотить обиду – ради сестры. Вода стекала по телу, снимая душевную и телесную боль. Мелкие синяки на теле потемнели. Засос на шее, красовался ярким пятном, напоминая о такой приятной и проклятой ночи.

Надо выходить на работу. Мила сказала всем, что Лика что-то съела и плохо себя чувствует. Сегодня эта история не пройдет. В бой с новыми силами, главное не встречаться с ним. Лика завязала тесемки передника за спиной и осмотрела себя в отражении зеркала. Губы сжались, набираясь решительности. Взгляд упал на шею. Засос. Его надо спрятать. Легкий белоснежный шарфик аккуратно обнял тонкие изгибы и спрятался краями под ворот униформы.

Глубокий вдох. Нервы в коробочку. Надо быть готовой встретиться с ним. С его взглядом. От этого никуда не деться.

–Дима?– Она остановилась в пороге открытой двери. У него карие глаза. Не такие холодные, как у … НЕГО.– Доброе утро.

–Доброе утро, Лика.– Голос легкий, но пугающий.– Приступаешь к обязанностям?

–А ты будешь ходить за мной по дому, наступая на пятки?– Ей стало обидно, что Дима так разговаривал с ней.

–У меня приказ.

–А ты никогда не ослушиваешься.– Горечь неприятно растеклась по языку.

Сторожевой пес следовал по пятам, в каждой комнате, в каждом коридоре, он следовал за ней тенью. Это начинало приводить в бешенство. Лика готова была взорваться. Кричать. Бить его, если понадобится. Она должна была выпустить на ком-то пар. Хозяин пришел домой ранним утром пьяный в хлам. В доме только об этом и шептали, боясь говорить вслух. Такое было в новинку для обитателей дома.