Краткая история насекомых. Шестиногие хозяева планеты

Карпентер впоследствии объяснял странности Тилльярда его пристрастием к морфину, который тот принимал в качестве обезболивающего. Однако сводить все к морфину было бы слишком большим упрощением, ведь спиритизмом увлекались и другие крупные ученые конца XIX – начала XX в. В наши дни спиритизм воспринимается как антинаучное шарлатанство, но на самом деле всплеск его популярности был результатом позитивистской веры в беспредельную силу науки, столь характерной для той эпохи. Это была попытка приложить научный метод, основанный на опыте и наблюдении, к сфере потустороннего, которая ранее считалась уделом религии. Большим поклонником спиритизма был английский натуралист Альфред Уоллес, разделивший с Дарвином славу создателя теории естественного отбора. Уоллес считал, что мир духов незримо руководит эволюционным процессом. А современник Тилльярда, знаменитый южноафриканский палеонтолог Роберт Брум, позднее прославившийся находками австралопитеков, на спиритических сеансах задавал гостям из потустороннего мира вопросы о вымерших рептилиях…

Увы, в 1937 г. Тилльярд погиб в автокатастрофе, так что ему не довелось устроить спиритический сеанс с меганевропсисом (Meganeuropsis permiana) – королевой гигантских стрекоз. Карпентер нашел ее остатки в Эльмо в 1939 г. Эта стрекоза в списке гигантов оттеснила на второе место броньяровскую меганевру и по сию пору удерживает за собой звание крупнейшего насекомого в истории Земли. Но, как и в случае с меганеврой, гигант из Эльмо известен только по фрагментам. Длина наиболее крупного из них всего 14 см. Недолго думая, Карпентер нарисовал этот обломок на листе кальки и приложил его к реконструкции меганевры, вклеенной в монографию Броньяра в виде развертывающейся иллюстрации в натуральную величину. Прикинув, что пропорции у меганевропсиса были те же самые, Карпентер вычислил, что полная длина переднего крыла этой стрекозы составляла 33 см, а в размахе крыльев она достигала 71 см. Эти цифры вошли во все учебники и хрестоматии, хотя сомнительность расчетов, основанных на столь фрагментарном материале, очевидна. Впрочем, в 1947 г. Карпентеру посчастливилось найти в Эльмо почти полное переднее крыло еще одного вида меганевропсиса чуть меньшего размера. Этот фрагмент длиной 26 см (полная длина крыла оценивается в 30 см) до сих пор остается самым крупным из когда-либо найденных отпечатков ископаемых насекомых.