Взращивание масс. Модерное государство и советский социализм, 1914–1939

Голод, болезни, массовые перемещения и другие бедствия, вызванные Гражданской войной, еще увеличили число нуждающихся в помощи, а советское руководство испытывало особое чувство долга по отношению к ветеранам-красноармейцам. В августе 1918 года был издан декрет «Об пенсионном обеспечении солдат Рабоче-Крестьянской Красной Армии и их семейств», даровавший пенсии солдатам, частично или полностью вышедшим из строя, а также семьям и сиротам всех солдат, погибших на службе[167]. С 1920 по 1922 год Наркомат социального обеспечения посвятил огромное количество времени и ресурсов оказанию помощи инвалидам-красноармейцам и семьям солдат, находившихся на службе в Красной армии[168]. Кроме того, советское правительство старалось позаботиться о нонкомбатантах, пострадавших от войны. На II съезде комиссаров социального обеспечения, состоявшемся в апреле 1921 года, делегаты приняли резолюцию о том, что государственная помощь должна быть предоставлена всем «жертвам контрреволюции». В резолюции отмечалось, что многим не хватает пропитания и крыши над головой, а также указывалось, что помощь будет иметь «огромное политическое значение», «привлекая на сторону Советской власти даже самые отсталые элементы населения»[169].

При том что советское правительство с самого своего возникновения стремилось к созданию всеобъемлющей системы социальной помощи и в теории таковую создало, в первое десятилетие существования советской власти ресурсов на практическое воплощение этой системы недоставало. Ужасающее разорение и экономический коллапс, наступившие в результате Гражданской войны, говорили о том, что у советского руководства практически нет доходов, которые позволили бы удовлетворить растущую нужду миллионов искалеченных, перемещенных, безработных и умирающих от голода граждан страны. С 1917 по 1921 год социальное обеспечение существовало в основном на бумаге. Национализация промышленности означала, что правительство стало единственным работодателем для промышленных рабочих и, как следствие, взяло на себя ответственность за фонды социального страхования, используемые для выплат при потере трудоспособности или в случае безработицы. Но многие заводы закрылись из-за нехватки материалов и горючего, поэтому в кассу социального страхования поступило мало денег. Предприятия, продолжавшие работать, были обязаны платить до 28 % от зарплат в государственный фонд социального страхования, и даже этих денег хватало лишь на малую долю нуждающихся безработных и нетрудоспособных рабочих[170]. На III Всероссийском съезде профессиональных союзов нарком труда Василий Шмидт признал, что принцип всеобъемлющего социального страхования не имеет никакой основы в реальности, и пообещал, что социальные обязательства государства будут выполнены, но лишь после того, как улучшится экономическое положение страны[171].