Жизнь в стиле диско

Скоро полночь. О, боже, прошу, дай обиженной немного душевного покоя, чтобы она могла уснуть. И сделай светлым и радостным её следующий день.

* * *

– Рота, подъем!

Господи, он в такую рань ещё никогда не вставал.

Два дня назад начался отсчёт семиста с лишним дней его новой армейской жизни. На сборном призывном пункте, куда Анвар заявился с раннего утра, он оказался среди сотни таких же растерянных, но бодрящихся парней. В ходе врачебной комиссии, когда призывники один за другим переходили от врача к врачу, его идеальная готовность к службе подтвердилась.

Часов в двенадцать пришли «купцы», долго выбирали себе новобранцев, выкликивали спецов, призывников с дипломами, спортсменов. Анвара тоже отобрали, будет связистом, хорошо это или плохо, было совершенно непонятно. В тот день он лишился шевелюры, а также своих вещей, что расстроило его гораздо меньше, чем потеря волос. После бритья под бобрик Анвар не узнал себя в зеркале, испуг и желание быть мужественным читались во взгляде отражённого зеркалом парня, слишком обыкновенного, чтобы быть им, Анваром.

Уже поздним вечером новобранцев, потолкавшихся пару часов на вокзале, куда-то повезли. Поездом ехали долго, целые сутки. Знакомились, грызли домашние припасы, спали. Анвару снилась мать, обнимающая его за плечи, заплаканная и несчастная. И Ольга приснилась, красивая, в белом воздушном платье, танцующая что-то страстное, чувственное на фоне багрового заходящего солнца.

Утром прибыли на место. Их группку, человек двадцать бритоголовых парней, высадили на маленькой станции, название которой ни о чём не говорило, потом на крытых грузовиках доставили на место. Открылись зелёные ворота с красной звездой, вот она, учебка, армейский предбанник, где Анвар будет постигать азы воинской науки. Со зловещим скрежетом ворота закрылись. Всё, обратного хода нет.

Первый день был полон суеты. Заселялись в казарму, наводили там порядок, потом подгоняли под себя полученную форму, пришивали знаки отличия, вымеряя нужное место для шеврона спичечными коробками. Быстро заполнили анкеты в ленинке, маленькой комнатке, выполняющей роль Красного уголка. Такая круговерть под трёхэтажный мат сержанта шла до самого вечера. Анвар был готов отдать долг Родине, но, чтобы этот процесс шёл так трудно, ему и в голову не приходило. Сержант Фоменко! Злобная тварь! Фраза сержанта «Что, в морду захотел?», похоже, станет основой армейской жизни Анвара. Были у Фоменко и другие словосочетания с уникальной формой словообразования, понять которые его мозг мог только приблизительно.

Анвар одевался, пытаясь сделать это чётко и быстро. Чёрт, никогда не справиться ему с дурацкими портянками, которые висели серыми лохмотьями и не давали ногам попасть в убогие кирзачи. Но с сапогами все-таки повезло. Он помнил, что "сапоги и жену выбирают по уму, не тот размер сапог взял – ноги потерял". Поэтому, отбросив ненужную скромность, Анвар насмерть стоял, чтобы ему выдали родной сорок второй размер, иначе мозолей и потертостей не избежать.