На крючке ярости

Анри тряхнул головой. Что это он такое читает, интересно знать? Вроде описание какого-то древнего сражения, что-то вроде битвы при Коринфе со слов очевидцев, откуда же здесь такие философские высказывания?

Звук знакомых шагов, неожиданно разрушивший тишину, заставил его удивленно повернуть голову, взирая на приближающегося человека.

— Такое чувство, что ты спокойно разгуливал по замку в человеческом облике, а не обратился секунду назад, — заметил он вместо приветствия, растягивая губы в улыбке, — Что нового?

— Пока ничего, — Анхель, полностью удовлетворенный тем, что сумел предупредить врагов о грозящей им опасности, ухитрившись почти не предать Чеса, и, уже тем более — не предать Анри, широко развел руки в стороны, — Чес в подвале, твоя родня в гостиной, ты в библиотеке… что читаешь?

— Черт знает, — честно сообщил молодой человек и, откинувшись на спинку дивана, сделал приглашающий жест, — Присаживайся. Дед почему-то выставил меня из гостиной, должно быть, придумал что-то новое, что Чеславу знать не полагается, но я не в обиде. Пусть уж лучше я буду в неведении, чем опять предам их…

— Пожалуй, — Ан задумчиво покивал, присаживаясь на край дивана и наполовину поворачиваясь к собеседнику, — Слушай, Анри… А если Чес вдруг бежит и устроит то, что грозился… ты успеешь выскочить из замка?

Анри уставился на друга, как ворон на попугая.

— Анхель… — он недолго помолчал, пытаясь сообщить приятелю все, о чем думает, в более или менее мягкой форме, — Я ведь, кажется, говорил, что в любом случае не оставлю своих родных и в первую очередь буду думать о них, а не о себе. Чем опять вызван вопрос?

— Тем, что теперь он может убить тебя изнутри, а не только извне, — буркнул с неожиданным раздражением ворас и, скрестив руки на груди, насупился, откидываясь на спинку дивана, — Я не хочу… и не хотел говорить, но, понимаешь… Чес когда-то сказал, что сделает ради меня все, что угодно. И неважно, буду ли я одобрять его действия. Если он посчитает, что твоя смерть мне принесет благо, то… — мужчина осекся и обреченно махнул рукой.

Анри, совершенно не испуганный, немного склонил голову набок, серьезно глядя на него.

— А она принесет тебе благо?

— Нет! — собеседник его так и подскочил, глядя на парня с откровенным негодованием, — Нет, ты с ума сошел! Анри, ты — мой друг, ты знаешь, как я люблю тебя, знаешь, что я не желаю тебя терять!

— Знаю, — спокойно кивнул юноша, — И я тоже не хочу терять тебя. Но я все-таки человек, Ан, и я смертен… — здесь он тяжело вздохнул и неожиданно сменил тему, — Слушай, а как ты думаешь, найдется ли для каждой могучей силы сила, превосходящая ее?

В голове предупреждающе кольнуло, и Анри оживился. Так-так-так! Если Чеславу неприятна эта тема, значит, он коснулся чего-то, действительно важного! Значит… значит… если еще немного подучиться, значит… Нет, лучше даже в мыслях не допускать этой надежды, или рыжая тварь убьет его, прежде, чем он превзойдет ее по силе.

— Ты что, надеешься найти силу, превосходящую силу Чеса? — ворас саркастически изломил бровь, — Ты меня, конечно, извини, Анри, но своего друга я знаю неплохо — с ним вряд ли кто сможет… Хотя сейчас он ослаблен.