Обещанная демону

– Вы слишком красивы, чтобы быть одиноким, – промямлила она, едва соображая, что говорит.

Эрвин молчал, все так же крепко сжимая талию девушки, хоть музыка была уже далеко и почти не слышна. Он потянулся было к ее губам, но его жадные объятья напугали ее, и Эрвин, словно почувствовав это, тотчас разжал руки, отпуская на волю самого прекрасного мотылька этой ночи – Элизу.

– Вы боитесь меня? – прямо спросил он, все так же пристально глядя на отступающую от него девушку.

– Да, – испуганно призналась она.

– Но ведь я не причинил вам никакого вреда. Отчего вы отталкиваете меня?!Чем я плох?

– Не причинили, но…

Элиза смолкла и покраснела.

– Но?

Элиза набралась храбрости, стиснула руки.

– Я выхожу замуж, – твердо произнесла она, насмелившись, наконец, ответить на взгляд Эрвина. – За Артура Эйбрамсона. Вы же знаете. Он славный и милый молодой человек, он любит меня… полюбил, как только увидел… и он не заслуживает того, чтобы его невеста вела себя неподобающе, когда все уже решено… Недопустимо отвечать на ваши поцелуи. И вам не стоит вести себя так со мной. Даже если я вам напоминаю цветок, который вы можете сорвать просто так, проходя мимо, потому что привыкли - нет, нельзя. 

Эрвин ничего не ответил, только усмехнулся, глядя опасными синими глазами исподлобья на Элизу, с трудом находящую слова для объяснения.

– Для мужчины, – неожиданно ревниво и раздраженно произнес Эрвин, – недостаточно быть  славным и милым! Славным может быть песик, привыкший спать на мягких подушках, но не мужчина!

– Это неважно! – выкрикнула Элиза с мукой в голосе. – Не важно! Артур вам проигрывает, конечно! Он не так харизматичен и не так притягателен, в нем нет той силы, что чувствуется в вас, и нет нахальства, которое заставляет меня вам покоряться и оставаться рядом, вместо того, чтобы бежать со всех ног прочь, но я дала слово…

– Ох, как много комплиментов! – усмехнулся Эрвин, приближаясь к Элизе. На его плечах мелкими каплями блеснули драгоценности, нашитые на его дорожную одежду. – Вас послушать, так вы мною заинтересованы. И, однако, даете мне от ворот поворот?

– Да! – бесстрашно и пылко выдохнула Элиза. – Да!  Заинтересована! Еще бы! Никто и никогда не осмелился бы вести себя так, как вы ведете себя со мною. Это пугает меня, и влечет к вам, но… Я для вас всего лишь игрушка, вы привыкли вести себя дерзко и бессовестно, но я не позволю!..

Она сама не поняла, как призналась не только Эрвину, но и себе в том, что странный незнакомец нравится ей. Нет, даже не так. Не просто нравится – что она испытывает к нему больше, чем влечение. Что-то необъяснимое, магическое. И он – тоже.  Элиза видела в его глазах эгоистичное желание поиграть с нею, так же как с прочими. Подразнить, вскружить голову и оставить с разбитым сердцем. Эрвин наверняка делал это бесчисленное количество раз. Но за этими жестокими желаниями было видно еще кое-что – ревность. Неподдельная, жгучая, необъяснимая и иррациональная. Она мучила его, и заставляла наслаждаться ожившим в сердце чувством. И чувство это было столь сильно, что Эрвин  не мог его скрыть.