![Истории торговца книгами [Litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/5/5/2/5/istorii-torgovca-knigami-litres-download.jpg)
Истории торговца книгами [Litres]
- Автор: Лейтем Мартин
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Аттикус
- ISBN: 978-5-389-20533-8
- Переводчик: Ирина В. Никитина
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Истории торговца книгами [Litres]». Краткое содержание книги:
«Книжные стеллажи – отражение нашего неизведанного “я”». (Мартин Лейтем)
В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
Так на чем же зиждется разница между «настоящим» романом и историей из чапбука? Еще в 1929 году русский философ Михаил Бахтин назвал чепухой утверждение о том, что история романа якобы «началась» с Дефо, ведь роман появился задолго до общепринятой истории литературы. Бахтин отмечал, что первые романисты, такие как Сервантес и Стерн, создавали свои произведения в качестве пародий на более «низкие» литературные формы – лихие сказки и расхожие истории. Слово «роман», по его мнению, это лишь термин, а так называемый «романный дух» не привязан к эпохе. Баскский философ Мигель де Унамуно (как две капли воды, вплоть до шляпы, похожий на комика Чико Маркса) полагал, что любой, кто изобретает некое понятие, отдаляется от действительности. С характерной смелостью Бахтин утверждал, что диалоги Сократа были первыми известными в истории «романами», первыми произведениями, проникнутыми «романным духом», хотя бы благодаря призыву и стремлению философа «познать самого себя». Выходит, что и английские бродяги, ходившие по домам и торговавшие чапбуками, в каком-то смысле продавали романы, обладавшие терапевтическим свойством.
Некоторые из величайших литературных скачков вперед – или в сторону – были совершены благодаря новым писателям, которые охотно брали на вооружение нестареющие сказания. К примеру, Дилан Томас обожал читать вестерны, Джон Бетчемен с религиозным благоговением смотрел телевизионные мыльные оперы, а Умберто Эко обожал фильмы о Человеке-пауке. Уильям Хэзлитт[74] потряс литературный мир, написав эссе о боксе. Чосер в числе прочего привлекал читателей сальными шутками и уличными выражениями. Приземленный и скабрезный юмор Шекспира был намеренно вычеркнут из его произведений в Викторианскую эпоху. С незапамятных времен ханжество и культурный элитизм лежали в основе попыток подвергнуть цензуре пикантные подробности нашей жизни во имя Господа или хорошего вкуса. Попыток, которые все равно провалились. Джордж Оруэлл знал, что, сколько бы образованные слои населения ни высмеивали падкость на бульварные сенсации, им все равно нравились такие истории, пусть о них и не дозволено было упоминать за ужином в приличном обществе:
Они напоминают о том, насколько плотное единство являет собой английская цивилизация, как она похожа на семью, несмотря на все свои устаревшие классовые различия. <…> Загляните в собственную душу: кто вы – Дон Кихот или Санчо Панса? Почти наверняка вы – оба. <…> ваше неформальное «я» пробивает бреши в ваших прекрасных порывах. <…> Было бы откровенной ложью утверждать, будто он не является частью вашего существа[75].
Более трехсот лет, приблизительно с 1550-х годов и до конца XIX века, миллионы европейцев, богатых и бедных, с удовольствием читали книги, существовавшие в ныне почти уничтоженной, удивительной форме, – так называемые чапбуки. Это были небольшие дешевые брошюры, которые часто снабжались жизнерадостными иллюстрациями. Чапбуки были распространены по всей Европе: во Франции их называли «синими книгами», в Германии – «народными», в Испании и Португалии – «сброшюрованными листками». Марк Эдвардс, в 1520-х годах обучавшийся в Германии, набрел на «рынок, битком набитый народными книгами, которых там насчитывалось около шести миллионов». По словам Эдвардса, эти книжицы, будучи бросовым товаром, многократно переходили из рук в руки, после чего их пускали в ход на кухне или в уборной. Многим из нас знакома еще не стершаяся из народной памяти фраза: «Пенни – за простую, два пенса – за цветную»[76]. Как правило, чапбуки не имели обложки и изготавливались из самой дешевой бумаги, которая, сослужив службу в качестве бумаги для выпечки, а то и того хуже, отправлялась в органические отходы. Джон Драйден в XVII веке писал, что Лондон кишит чапбуками, которым суждено окончить свой век «мучениками духовки и жертвами клозета». Даже в 1920-х годах единственное, что читала дочь шахтера из леса Дин, были рваные книги в уборной. Еще одна причина их почти полного исчезновения заключается в том, что их высмеивали и обходили вниманием авторитеты в вопросах хорошего вкуса (в основном – мужчины). Библиотекари не видели смысла собирать такие издания.
74
Хэзлитт Уильям (1778–1830) – знаменитый британский эссеист, критик и публицист, автор многочисленных очерков на разные темы.
75
Цит. по изд.: Оруэлл Дж. Хорошие плохие книги / Пер. с англ. С. Таска, И. Дорониной, В. Голышева. М.: АСТ, 2016.
76
Эта фраза, впервые в буквальном значении использованная Р. Л. Стивенсоном в отношении дешевых книг, позднее стала закрепившимся в английском языке фразеологизмом, использующимся в значении «мишурный, дешевый, показной».