Вкус подчинения (СИ)
- Автор: StilleWasser
- Язык: русский
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Вкус подчинения (СИ)». Краткое содержание книги:
– Потому что ты… что?
– Потому что я не смогла с ними справиться! Не смогла справиться с собой, чтобы применить беспалочковую магию! – крик вырвался откуда-то из темных глубин души, и вместе с ним выплеснулась вся боль и ужас, которые прятались внутри, успешно прикрываясь другими эмоциями. – Я не смогла! Не смогла! Не смогла!
Слезы душили, и Гермиона скорчилась на одеяле, задыхаясь и давясь рыданиями. Ненависть к себе за этот срыв на глазах у Снейпа только подстегивала разразившуюся истерику, полностью взявшую под контроль тело и чувства. Ногти с силой впились в ладони, и на них выступили капельки крови. Дыхание перехватило, и где-то в сведенной спазмом груди родился еще один крик, горький, болезненный, полный невыраженного страдания. Собственное бессилие перед чуть было не свершившимся насилием разрывало душу, и Гермиона задыхалась, вынужденная бороться с собственным телом, над которым взял верх пережитый ужас.
Вдруг ей на плечи легли руки Снейпа, который слегка потянул ее к себе, и Гермиона прильнула к его груди, показавшейся оплотом спокойствия среди бушевавшей в ней бури эмоций. Рвущийся изнутри крик оборвался и затих, осталась лишь дрожь и тихие всхлипы, и кольцо рук вокруг нее сжалось плотнее, не позволяя рассыпаться на куски.
– Когда Беллатриса оставила тебе твой шрам, за тобой тоже никто не пришел? – услышала она сквозь стучащую в ушах кровь негромкий голос Снейпа и сжалась, снова зарыдав.
– Они… они… не могли… прийти, – с трудом выговорила она, чувствуя, как его футболка под ее щекой постепенно становится мокрой.
– И тебе пришлось лишь ждать, когда все закончится.
Гермиона замерла, услышав свои собственные слова, произнесенные несколько минут назад. Всхлипывая, она отстранилась и подняла полные слез глаза на Снейпа.
Он больше не был равнодушным и отстраненным. Темная бездна в его глазах потухла, и теперь в них светились усталость и понимание.
– Страх перед лицом опасности – это не слабость, – монотонно проговорил он, словно читая лекцию. – Это всего лишь эмоция. И плакать перед другим человеком – это не слабость. Это проявление эмоций, – его пальцы коснулись ее щеки, стирая слезы, и она увидела легкое сияние, окутавшее их, и поняла, что Снейп исцелил ссадину, оставшуюся там после удара Боба. – Ждать помощи близких, когда ты в беде, – это тоже не слабость, Гермиона. Ты понимаешь меня?
– Да, сэр, – прошептала она, и по щекам снова заструились горячие слезы.
– Очень хорошо, – кивнул он и снова потянул ее к себе. – Иди сюда.
Она уткнулась в его футболку и глубоко вздохнула, ощущая знакомый аромат бергамота и можжевельника, к которому примешивался легкий запах пота, терпкий и такой мужской, окутавший ее ощущением силы и надежности, и Гермиона сразу почувствовала, как становится легче на душе. Она расслабилась в руках Снейпа, спрятав лицо на его груди, а он короткими скупыми движениями гладил ее по волосам, и это медленно убаюкивало. Слезы высохли, но он все не отпускал ее, продолжая поглаживать, и Гермиона не заметила, как провалилась в сон.
Утро встретило ее одиночеством среди небесной голубизны мягких подушек. Она разлепила слипшиеся от засохших слез веки и долго лежала, глядя в потолок. В спальне не было окна, и трудно было понять, который час и как долго она злоупотребляла гостеприимством Снейпа. Судя по всему, ему пришлось воспользоваться другой кроватью на эту ночь.
Внутри царила блаженная пустота: ни вчерашних страхов, ни переживаний, ни ужасных воспоминаний. Решив, что это к лучшему, и обо всем стоит поразмыслить позже, чтобы не всколыхнуть тяжелый мутный осадок со дна души, Гермиона выбралась из постели и долго и с удовольствием стояла под теплыми струями душа, рассудив, что, раз уж все равно здесь задержалась, то лишние двадцать минут ничего уже не изменят.
Высушив и приведя в порядок магией непослушные после мытья волосы, она наскоро собралась и выглянула в кабинет, ожидая увидеть Снейпа за рабочим столом, но комната оказалась пустой. Тогда Гермиона взяла пальто и направилась вниз, попутно отметив, что разрез на рукаве починен заклинанием, а оторванные пуговицы снова на месте.
В баре было безлюдно, лишь из небольшой кухоньки, находящейся за подсобкой, доносился женский голос, отчитывающий бармена Мэтта, который пытался что-то вяло отвечать, но не шибко возражал против сыплющихся на него обвинений в неаккуратности.
Стараясь ступать как можно тише, Гермиона уже почти прокралась было к выходу из подсобки, как вдруг услышала за спиной резкий голос:
– А вы что здесь делаете, мисс? Бар закрыт!
Вздохнув, она обернулась и увидела в дверях кухни немолодую дородную женщину с широким открытым лицом, смотрящую на нее с удивлением, но без враждебности. Ее темные с проседью волосы прятались под белоснежным платком, а цветастое платье спереди прикрывал яркий оранжевый фартук, покрытый белыми пятнами, – судя по всему, от муки.
– Простите, мэм, – пробормотала Гермиона, судорожно размышляя, как объяснить свое пребывание в баре, чтобы как можно меньше разозлить Снейпа, который наверняка уже будет недоволен тем, что ее видели выходящей от него утром. – Я… задержалась вчера в гостях, и поэтому пришлось заночевать здесь…
– Ах, так ты та самая девушка, которая приходит к нашему Северусу! – всплеснула руками женщина и, обернувшись через плечо, крикнула: – Мэтт, свари кофе, у нас гости! Пойдем, милочка! Позавтракаешь с нами! – подскочив к Гермионе, засуетилась она, увлекая ее за собой на кухню.
– Но… мэм, – попыталась возразить Гермиона, судорожно размышляя, как повежливей отказаться от столь напористого приглашения. – Мне пора идти…
– Глупости какие! – отмахнулась женщина, затаскивая ее в небольшую уютную кухоньку, наполненную дивными ароматами выпечки. – Разве это дело куда-то бежать на голодный желудок? Садись, милая! Как тебя зовут?
– Гермиона, – обреченно ответила она, усаживаясь за низенький столик.
– А я Кэрол, – ослепительно улыбнулась женщина, вытаскивая из духовки еще одну порцию горячих пирожков. – Мэтт, поздоровайся с нашей гостьей!
Суетящийся возле кофеварки парнишка замер, уронил жестяную банку с кофе, и густо покраснел.
– Привет, Мэтью, – улыбнулась ему Гермиона. В глаза тут же бросилось сходство черт его лица с лицом Кэрол: очевидно, Мэтт приходился ей сыном, и у них тут был семейный подряд.
– Доброе утро, мэм, – прогундел он в ответ и по просьбе матери с видимым облегчением выскочил в подсобку за сливками.
– Хочешь блинчиков, Гермиона? – ласково спросила Кэрол, помешав ложкой жидкое тесто в миске, больше похожей на небольшой тазик.
– Нет, спасибо, – Гермиона поколебалась мгновение, но все же решилась спросить, чтобы лучше понимать происходящее. – Кэрол, простите… а вы… хозяйка этого бара?
– Я?! Что ты, милочка! – рассмеялась та, ставя перед ней изящную чашку с блюдечком и сахарницу. – Разве ты не знаешь? Это бар Северуса! Хотя меня это не удивляет – он всегда был слишком скрытным.
– Этот бар принадлежит Снейпу? – растерянно пробормотала Гермиона, чувствуя себя главной героиней какой-то идиотской комедии, где наверняка сейчас за кадром звучал смех потешающихся над ней людей. – Но ведь он говорил…
Она резко замолчала, сообразив вдруг, что Снейп на самом деле ничего не говорил ей о том, кому в действительности принадлежит бар. Он просто уклонился от ответа на ее вопрос, снимает ли он здесь комнату, и она додумала все сама.
Из подсобки послышался звучный баритон Снейпа, что-то спросившего у Мэтта, и его неуверенный ответ:
– Нет еще, мистер Снейп, – и помолчав, он смущенно добавил: – Там, у нас на кухне… эм-м…
Дверь распахнулась, и Гермиона сжалась под тяжелым взглядом черных глаз на хмуром лице, в дневном свете казавшемся еще бледнее обычного. На Снейпе были потертые джинсы и черная куртка, и вместе с ним в кухню проник едва уловимый запах сигаретного дыма. Видимо, он ходил курить на улицу.
– О, Северус! Ты как раз к завтраку! – обрадовалась Кэрол, быстро ставя на стол вторую чашку.
– Спасибо, миссис Уитби, – он снял куртку и повесил ее на крючок у входа, оставшись в простой черной рубашке. Подойдя к столу, он сел и с холодной невозмутимостью произнес: