След упавшей звезды (СИ)

В прошлом он нанял бы лучших адвокатов, да к тому же скандал еще больше раздул бы его популярность. Но на сей раз снова – уничижительные комментарии в интернете, пара публикаций… А главное, у Кима не было денег не только на адвокатов, но и на выплату штрафа. Прежде он жил, не задумываясь о будущем. Оно казалось ему звездным и прекрасным, как настоящее. Ким транжирил деньги направо и налево, покупал тысячи ненужных вещей, тратился на президентские люксы в первоклассных отелях, питался только в фешенебельных ресторанах, нанимал уйму прислуги, личных ассистентов, массажистов, стилистов, у него был десяток телохранителей из лучших охранных агентств… Кроме того, он вложил уйму денег в свой дом в элитном поселке в пригороде Сеула.

Это был дом, построенный по его собственному проекту. Нет, архитектором Ким никогда не был. Он просто нарисовал свой дом на бумаге, нанял суперсовременного и невероятно дорогого архитектора, который должен был воплотить в жизнь его мечту. Но остался архитектором недоволен, поскольку тот, по мнению Кима, не мог постичь всю гениальность и грандиозность его замысла. В итоге Ким уволил архитектора, выплатив ему гигантскую неустойку. Нанял другого архитектора за еще большие деньги. Второй архитектор оказался куда более сговорчивым и послушно пытался воплощать в жизнь бредовые фантазии капризного певца, который, сказать по правде, и сам толком не очень понимал, что именно хочет построить. Когда стройка, после бесконечных согласований с Кимом, менявшим планы на ходу, была в самом разгаре, поп-идол вдруг решил, что хочет совсем другого и потребовал снести недостроенный дом, на который уже ушла астрономическая сумма из-за эксклюзивного проекта и дорогущих материалов. Архитектор согласился. Стройку все равно оплачивал Ким, к тому же за новый проект дома архитектор содрал еще большую сумму.

В итоге дом мечты был построен. Злые языки утверждали, что за деньги, которые взбалмошный Ким выбросил на его постройку, можно было бы спасти от голода чуть ли не миллион жителей соседней Северной Кореи (откуда, кстати, сам Ким был родом). А еще злые языки называли воплощение архитектурных фантазий поп-идола чем-то средним между нефтеперегонным заводом и забегаловкой фаст-фуда. Это было весьма странное строение, лишенное какой-бы то ни было формы, с гигантским количеством башенок, каких-то кубов, переходов, галерей… Непонятно, как в нем можно было жить. Но Киму нравилось. Особенно ему нравилась спальня, которая была центром этого сооружения. Спальня представляла собой гигантскую стеклянную, прозрачную, вращающуюся сферу с подсветкой, внутри стояла огромная кровать под гигантским балдахином, сверху были зеркала, двигавшиеся по особым траекториям. На этом невероятном ложе, неизменно усыпанном розовыми лепестками, молодой и прекрасный идол мог наслаждаться отражениями своего изящного тела, которого вожделели столь многие - как женщины, так и мужчины. При этом предполагалось, что это тело будет дозволено созерцать и другим: вокруг сферы было построено нечто вроде смотровых площадок. Идол хотел, чтобы им любовались, восхищались, чтобы ему поклонялись…

Он часто устраивал в своем доме грандиозные вечеринки, на которые уходили безумные деньги. Благо от желающих отбою не было. Эти вечеринки зачастую заканчивались дикими оргиями на гигантской кровати, но обычно Ким допускал к своему божественному телу только избранных счастливчиков. Он предпочитал сильных, мускулистых атлетов, которым отдавался со всей страстью. Его опьяняли горящие глаза сильных красавцев, осознание того, что хотят именно его – его, несравненного, великолепного, самого прекрасного, равного которому нет во всей вселенной.

И то, что зачастую глаза этих атлетов были либо затуманены алкоголем, либо полны наркотического дурмана, его не смущало.

Но теперь, когда у Кима закончились деньги, то с ними закончились и друзья. Точнее те, кто называл себя его друзьями. Он быстро стал никому не нужен. Те, кто прежде лизал ему задницу, причем иногда в буквальном смысле этого слова, теперь и знать его не хотели. И не только потому, что были такими уж сволочами. А потому что терпеть Кима всегда было трудно. Он принадлежал к тем, кто озабочен только собственной персоной. Он мог говорить только о себе или о том, что связано с ним. Он не умел слушать, он перебивал, ему было важно не то, что скажут другие, а то, что скажет он – великий, прекрасный и несравненный. И теперь, когда у Кима не было денег, он остался в пустоте.

Теперь он пытался продать свой сумасшедший дом, свою мечту. Но покупателей не находилось. Потому что одно дело поглазеть на этот дом или даже провести там вечерок-другой на улетной вечеринке, а другое дело жить в этом странном сооружении, построенном по прихоти свихнувшегося поп-идола и совершенно не приспособленном для нормальной жизни.

В долг Киму давать никто не хотел, потому что все знали: отдавать ему нечем.

Ким был в отчаянии. Он не понимал, что ему делать. Нет, он пока еще не умирал с голоду. Более того, время от времени он выступал с концертами (правда, проходили они все реже, и зрителей на них приходило все меньше), записывал новые песни (правда, они давно не пробивались даже в двадцатку хитов), появлялся на телеэкранах (правда, уже не как главный гость популярных шоу, а как один из участников, не более). То есть кое-какой доход все-таки был. Но он не шел ни в какое сравнение с тем, что было раньше. И львиную часть этого скудного дохода Ким пускал на то, чтобы поддерживать свою драгоценную внешность. На косметологические процедуры деньги он всегда находил, это было для него святое. Все равно что спиртное для алкоголика или дурь для наркомана.