Здесь все взрослые [litres][All Adults Here]

Если Рэндэлл не ошибся и автобус ехал пустой – это очень хорошо. У Астрид трое детей и трое внуков, и даже если бы их не было, потеря ребенка – жуткая трагедия и для молодых родителей, и для борцов с раком, и для действующих президентов, и для кинозвезд – вообще для всех. А когда умирают люди их возраста – Астрид и Барбары, – говорить о трагедии вряд ли уместно, тем более что у Барбары своих детей нет, люди еще поблагодарят господа, в том смысле, что школьный автобус вполне мог задавить кого-то другого. Конечно, по отношению к Барбаре это несправедливо. Все-таки у нее муж, кошки. Несколько десятилетий тому назад она помогала переводить первоклашек через дорогу – вот вам ирония судьбы! По крайней мере, не на этом углу, размышляла Астрид, прерывисто дыша, а Берди тем временем царапала остриженными ногтями ее череп.

О чем думала Барбара, когда на нее несся автобус? Почему она запарковалась на той стороне улицы, а не на этой? Что было в ее списке дел на день? Астрид выпрямилась, влага с волос потекла на шею и на блузу.

– Как ты? В норме? – спросила Берди, накидывая на плечи Астрид полотенце.

– Нет, – ответила Астрид. – Какая уж тут норма. Я ведь даже… знаешь… эта Барбара мне вообще не нравилась. Я просто… совсем выбита из колеи.

– Тогда, – Берди обошла кресло спереди и склонилась перед Астрид, встретившись с ней глазами, – идем в подсобку. – Губы Берди вытянулись в тонкую линию, совсем как у учительницы в католической школе. С решением она никогда не мешкала.

Астрид медленно кивнула и дала Берди руку. Они обошли полустену за раковиной и оказались в комнате, где молодая безбровая Джессика три дня в неделю с помощью воска удаляла пациентам волосы, и легли рядышком на двуспальный матрас, Астрид на спину, а Берди оперлась на локоть. Астрид закрыла глаза, совершенно изможденная. Как обычно – за долгое время сложился определенный ритм и последовательность действий, – Берди начала неспешно целовать щеки, уши и шею Астрид, все, кроме рта, потому что день был особенный, однако Астрид приподнялась и подтянула рот Берди к своему. Нельзя тратить время впустую. Разве тот школьный автобус – последний? Сколько раз людям напоминать о подобном? И чего ей ждать? Она вдова, ей шестьдесят восемь лет. Лучше поздно, чем никогда.