Воевода [litres, с иллюстрациями]

— К реке! Все к реке! Живо! — выкрикнул Романов, вновь натягивая тетиву.

Щелчок. Короткий шорох оперения. И стремительный росчерк устремился к цели. Есть! Стрела вошла в голень, наверняка раздробив при этом кость. Если не труп, то калека однозначно. А нет. Все же труп. Гаврила воспользовался моментом и вогнал стрелу точно в приоткрывшийся бок.

На этом успехи пограничников закончились. Половцы сбили-таки стену щитов и из-за прикрытия пустили первые стрелы. Те с пугающим шуршащим свистом ударили по зарослям, отозвавшись шелестом листьев и перестуком о стволы деревьев. До Михаила донесся сдавленный вскрик. Стрелы же его людей начали вязнуть в щитах противника.

— Укройся! — выкрикнул он, видя бесполезность дальнейшей перестрелки.

Свои щиты они не брали. В лесу те только помеха. Но здесь и без того есть где спрятаться. Сам Михаил ступил в сторону, уходя за ствол дерева. У остальных должно быть не хуже. Вскоре прилетела следующая волна стрел. Половцев все еще больше, и они могут учудить что угодно. То, что большинство из них не имеет никакой брони, вовсе не значит, что они никудышные воины. Как раз сражаться-то они учатся с самого детства. Причем все без исключения.

— Зажигательные стрелы! — вновь выкрикнул Михаил.

Незачем тыкать наугад в выставленную стену в надежде угодить в оставленную щель. У каждого из пограничников в саадаке имеются по три стрелы с красным оперением. Под них пришлось даже ладить отдельные жесткие гнезда, слишком уж хрупкие наконечники.

Достал свою. Извлек небольшую фляжку с зажигательным составом и полил намотанную паклю. Далее огниво. Нечто вроде замка кремневого ружья. Продукция его мастерских. Только трут укладывать в гнездо не стал, просто высек искру, направив на паклю, которая тут же вспыхнула чадящим пламенем.

Тем временем слободские, правильно оценившие ситуацию и полученную команду, успели перебежать к берегу реки и укрыться за его изломом. Благо вязали им только руки. Половцы бить их не стали. Пока еще не расстались с надеждой увести в полон. Наверняка уже прикидывают варианты дальнейших действий и даже что-то там предпринимают.

— Бей! — дождавшись очередной волны прилетевших стрел, скомандовал Романов.

И тут же в сторону половцев полетели огненные росчерки, оставляющие за собой дымный шлейф. Пошли вразнобой. Все же пограничники не в строю. Но от того не менее губительно. Тонкая керамика с легкостью разбивалась о деревянную и кожаную преграду, выплескивая наружу греческий огонь, тут же занимающийся жарким пламенем.

Причем дело это такое, что огненные капли и струи непременно нашли способ проникнуть за преграду. И тут же послышались испуганные крики, перемежаемые с воплями, полными боли. Пока пограничники накладывали на луки обычные стрелы, строй кочевников успел рассыпаться. Сами они не стреляли. Зато в них прилетела волна в пять десятков оперенных вестниц смерти.