Конец Ольской тропы [Главы из книги очерков о Колыме]

Эвенк, вздыхая, привел оленей. Бандиты погрузили на них свои сумки и винтовки и погнали старика вперед.

Слипко зарядил винчестер и, не замеченный бандитами, последовал за ними.

Вечером белые остановились на отдых. Спали они по очереди. Один караулил Панка. Старик сидел у костра, обняв колени, и сосал потухшую трубку. Табак он забыл в стане, а просить у чужаков не хотел. Он был непроницаем и неразговорчив.

Слипко лежал за деревьями, прислушивался к каждому шороху и всю ночь не смыкал глаз.

На закате второго дня Панк привел белых в долину, по дну которой, блестя ледяными заберегами, бежал прозрачный ручей, заросший тальником и сланником.

— Здесь, — показал он на ручей.

Пепеляевцы разочарованно переглянулись.

— Обманул, гад! — подскочил Рыжий к Панку. — Говори, где золото?

Но Панк призвал на помощь мудрое слово Кулу.

— Не знаю, не понимаю, не видел, — нараспев протянул он. — Нет у меня желтых камней, из-за которых вы, чужаки, продаете свои души.

— Так ты смеяться?!

Рыжий изо всей силы ткнул его в грудь прикладом. Старик упал.

— Беги! — крикнул ему Длинный.

— Да он крещеный! — засмеялся Рыжий, показывая на крест на груди Панка. — Целуй крест, гад! Сейчас умирать будешь!

И он вскинул винтовку.

...Загрохотал выстрел, наполнив гулким эхом долину. Белка, с любопытством смотревшая на людей, выронила от неожиданности кедровую шишку, распустила парусом пушистый хвост, перелетела на соседнее дерево и скрылась в его густых ветвях. Потревоженные ветви стряхнули на Слипко тучи снежной пыли. Рыжий вскрикнул, уронил винтовку и повалился лицом в снег. Длинный подпрыгнул от страха и журавлиными шагами поспешил наутек.