Мятежники Гора

— Чего стоит уязвимая, беспомощная любовь рабыни? — пожал он плечами.

— Это самая глубокая, самая глубинная любовь, которую женщина может испытать к мужчине, — сказал я.

— Они ничего не могут с собой поделать, — усмехнулся Таджима. — Они нуждаются во владельцах. Они рождены для владельцев.

— Я знаю мир, в котором многие за всю жизнь не встречают своих владельцев, — сказал я.

— Я помню такой мир, — кивнул мой друг.

— Я думаю, Ты тоже любишь Незуми, — предположил я.

— Не шутите, — насупился Таджима. — Она — рабыня.

— Тем не менее, ради неё Ты, не задумываясь, рискнёшь жизнью, — сказал я.

— Очень может быть, — не стал отрицать Таджима. — Она — моё имущество.

— Желаю тебе всего хорошего, — попрощался я, кланяясь.

— И я вам, — улыбнулся воин, возвращая поклон.

Он развернулся и ушёл. Уже через мгновение я потерял его из виду. Он растворился в толпе снующих туда-сюда людей, среди которых попадались даже рабыни.

Что интересно, мне так и не представилась возможность передать Айко моему знаменосцу Ичиро. Возможно, есть смысл напомнить, что Харуки пробрался к укрытию Ичиро, где в тот момент находилась и Айко, и что потом они все вместе вернулись на тарне на территорию дворца. Затем Ичиро дождавшись темноты, вылетел за мной в лагерь дома Темму, куда я направился к Лордам Нисиде и Окимото, в надежде, что, во-первых, смогу остановить продвижение их сил, и, во-вторых, так или иначе сумею вступить в контакт с кавалерией. Моей конечной целью, как нетрудно догадаться, при известных обстоятельствах, было привести ситуацию между соперничающими домами Темму и Ямады к тому состоянию, при котором ни один из них не мог победить или хотя бы обоснованно заявить о своей победе. В этом случае ни Царствующие Жрецы, ни кюры не смогли бы потребовать себе приз, назначенный за выигрыш в мрачном, зловещем пари, приз, которым могли быть существенные доли мира, возможно, даже двух.

Таким образом, Айко оказалась на территории дворца вместе с Харуки, в то время как Лорд Ямада, Нодати, я и другие, в том числе многочисленная толпа крестьян Араси, выдвинулись навстречу силам Темму, шедшим по северной дороге, в надежде остановить их. Как только я разделил крестьян на группы, расставил их по местам и доходчиво объяснил, что они должны делать, чтобы со стороны казалось, будто бы силы Лорда Ямады полностью готовы к сражению, но их командир рассчитывает дать врагу зайти дальше на юг, возможно ещё глубже в ловушку, я связался с Лордами Нисидой и Окимото якобы для того, чтобы предупредить их о якобы нависшей над ними опасности. Благодаря более высокому рангу Лорда Окимото и его известной осмотрительности, мне удалось остановить их движение, по крайней мере, на некоторое время, требуемое для обмена сообщениям между их лагерем и далёкой твердыней северного сёгуна. Это подарило нам несколько дней перемирия. Эти дни и имеющиеся в моём распоряжении тарны, обеспечивавшие быструю связь, дали мне возможность выстроить кавалерию так, что я смог поставить свой ультиматум Лордам Темму и Ямаде, гласивший мир или полное уничтожение обоих домов. В течение этих дней Айко привлекла к себе внимание Лорда Ямады, который, убедившись, что противник остановился и занялся укреплением своего лагеря, вернулся в свой дворец. Сёгун даже стал рассматривать её, что неудивительно, учитывая её красоту, как подходящую кандидатку на роль очередной его жены. В действительности, Лорд Ямада, принимая во внимание не только её тонкие черты лица и линии фигуры, но и мрак её прошлого и отсутствие семьи, заподозрил, что изначально она не имела никакого отношения к крестьянам. При этом мне бы ни в коем случае не хотелось умалять красоту крестьянских дочерей, иногда изумительную. Не случайно ведь именно они имеют неизменную тенденцию заполнять ряды контрактных женщин. Из его деревни для допроса был вызван Эйто, богатый крестьянин, объявивший девушку бесхозной. На основе его показаний было заключено, что Айко являлась отпрыском благородного, но в данном случае павшего дома, потерпевшего поражение в сражении. Вместе с другими детьми того дома она была продана несколько лет назад. В тот момент, когда её купил Эйто, Айко была ещё маленьким ребёнком, возможно, трёх или четырёх лет от роду. Лорд Ямада, разумеется, счёл её рабыней, но он представить себе не мог, что она бесхозная. Поскольку она помогала Харуки в саду, Лорд Ямада, вполне естественно, предположил, что Харуки, являвшийся свободным мужчиной, был её хозяином. Похоже, девушка чем-то напомнила Лорду Ямаде ту, которая однажды была его любимой женой, дочерью Харуки и матерью Нодати, спасённого своим дедом от удавки. Та женщина умерла от яда в женских апартаментах дворца. За это преступление Лорд Ямада наугад казнил десять женщин. Как уже было отмечено ранее, будь она благородного происхождения, возможно, казнены были бы все. Ичиро, кстати, поскольку мы не распространялись на эту тему, не знал о её бесхозности, и тоже полагал, что Айко принадлежала Харуки. За время проведённое вместе, наш знаменосец был очарован ею. Так получилось, что и Лорд Ямада, и Ичиро подошли к Харуки вместе. Я тоже присутствовал при этом событии. Всё, что мог предложить Ичиро, это горстка меди. Очевидно, что Лорд Ямада, даже несмотря на изрядно похудевшую казну, мог предложить намного больше.