Художник

Тони взял стоящую у ноги сумку и пошел на второй этаж. Слуга предложил помочь понести вещи, но Тони только дернул плечом, и парень тут же испарился. А вот и дверь в отцовские покои. Как же в детстве он боялся, если сюда его вызывал Король! Надменный взгляд, небрежные жесты в его сторону… как страдала душа, лишенная в детстве любви! И как он удивлялся потом детям Кланов, свободно и с удовольствием обнимающих и целующих друг друга! Даже если они ссорились, то тут же снова мирились, становясь единым целым по отношению ко всем чужакам.

Старший принц усмехнулся и толкнул дверь. Пройдя через гостиную, он очутился в маленьком тамбуре, где были две двери: одна вела в спальню, а другая – в кабинет. Здесь ему не доводилось бывать ни разу. Стукнув костяшками пальцев по закрытой двери, он сказал:

– Ваше Величество! Это Тонимэл.

– Заходи. – Раздался изнутри голос.

Тони открыл дверь и поклонился согласно этикету.

– Добрый день, Ваше Величество.

Под теплым зеленым покрывалом, укрывшись до подбородка, лежал Мелидар.

– Смею спросить, как Ваше здоровье?

– Спасибо, Тонимэл, нормально. Только сердце болит. Как я мог быть таким слепым и глухим?

Тони, стоя, смотрел на отца. И думал: «действительно, детские страхи самые устойчивые. Я всегда считал его непогрешимым, как Боги, а оказалось, он просто тешил свое величие. А теперь, при первом же испытании, созданный воображением столп рухнул и остался одинокий растерянный эльф, не знающий, а что же ему, собственно, делать?»

– Бывает. – Спокойно сказал сын. – Только это не повод валяться на кровати и жалеть самого себя. Там, – он показал рукой вниз, – ждут растерянные эльфы, потерявшие в одночасье веру в непогрешимость соплеменника и своего сильного Вождя, который в эту нелегкую для них пору объяснил бы, куда идти и на кого опираться. Да и, в конце концов, в чем истина.