Женщина с Черешневой улицы

– Красиво! – восхищённо ахнула Фёкла и медленно пошла по льду.

– Куда направилась? Осторожно смотри. – Светлана стояла у машины и смотрела на счастливую подружку.

– Не переживай, промёрзло насквозь, даже машиной можно ехать.

– А что? Девчата, прокатимся по льду? – весело сказал Александр, открывая дверцу машины.

– Ещё чего вздумали! Не делайте глупостей! – разозлилась Светлана, но стоило ей сесть в машину, как Александр, не обращая на неё внимания, завёл двигатель и поехал к морю. Фёкла уселась на заднее сиденье, и они медленно начали скользить по льду.

– Чего ты так трясешься, Свет? Смотри, тут уже кто-то до нас ездил, даже следы остались. – Но, как ни пыталась Фёкла успокоить подругу, та натянула шапку на глаза, чтобы ничего не видеть, и молчала.

Александр на маленькой скорости вёл машину по льду, объезжая застывшие в рост волны, но в некоторых местах машину заносило, и она кружилась как в танце.

– Ты не боишься, что мы сейчас под лёд провалимся? – нарушила молчание Света и строго посмотрела на подругу.

– Нет, не боюсь. Лёд белого цвета, а не прозрачный, значит, крепкий. Вспомни, как по Ладожскому озеру в войну люди передвигались даже на грузовых машинах, а мы здесь в десяти метрах от берега, что нам будет, – весело ответила Фёкла и, высунувшись из окна автомобиля, начала снимать. Для такого случая она захватила новенькую видеокамеру.

Вечером, только приехав домой, она тут же позвонила Лене, чтобы та прислала материал для новых работ.

– Леночка, вышлешь мне всё необходимое поскорее, фото я тебе уже скинула. Да, не забудь краски акриловые, мои закончились, пока есть время, хочу сделать несколько рисунков к фотографиям.

– Хорошо, Фёкла Леонидовна. А вы успеете? Осталось очень мало времени, ведь уже двадцать шестого выезжаем.

– Успею! – кратко ответила женщина, она была в прекрасном настроении и не хотела лишних разговоров. Поздно вечером, когда она уже лежала в постели и смотрела сделанные накануне фото и видео зимнего моря, зазвонил телефон. Недоумевая, кто это может быть в такой поздний час, Фёкла взяла трубку.

– Привет, моя родная. Как ты? – звонил Николай.

– Привет, сто лет. Лучше всех! – с иронией ответила Фёкла, встала с постели и подошла к окну, посмотреть на падающий снег.

– Злишься, что не звонил. Прости, вот такой я плохой. Сегодня освободился пораньше, нашлось время.

– Ну, спасибо и на этом, – зло ответила женщина. Ей захотелось просто повесить трубку, но опять же воспитание не позволило, и она стала слушать, что он ещё скажет.

– Прошу тебя, не сердись на меня. Я скоро приеду. Совсем скоро, как мы договорились. – Николай чувствовал напряжение и сам решил свернуть разговор.

– До свидания.

Фёкла была очень обижена и на него, и на себя, не так ведь хотела поговорить с ним, что за дурацкая привычка показывать гонор, вспыльчивый характер, который часто подводил. Но долго ругать себя не стала, быстро найдя оправдание: ведь беременным вредно волноваться! Пошла на кухню и выпила тёплого молока с мёдом, которое раньше терпеть не могла, но в её положении оно полезно. Настроение это не улучшило, спать перехотелось, и она решила прогуляться на улице, где шел снег, первый этой зимой. Каждый раз, когда белые пушистые хлопья ложились на землю, Фёкла пела песню юности: «Снег кружится, летает, летает…», и сейчас тоже начала, сначала тихо, потом уже во весь голос. «Ой, что это я? Соседей не разбужу? Хотя сколько их тут, парочка стариков и поля вокруг, я ведь уже не в городе!» – подумала женщина и запела ещё громче. Она подняла голову и посмотрела в ночное небо. Глядя на падающие снежинки, кажется, что летишь куда-то вдаль, забывая обо всём на свете.