Обретение надежды
- Автор: Герчик Михаил Наумович
- Год: 1976
- Язык: русский
- Год: Мастацкая лiтаратура
- Жанр: Классическая проза 20 века
Электронная книга - «Обретение надежды». Краткое содержание книги:
Надежда… Это она даёт силы и больным и врачам бороться за торжество жизни.
— Вот что, — устало сказал он, — возьмите себя в руки и работайте. Даю вам слово: придете с этим заявлением через год — отпущу.
— Хорошо, — ответила Минаева и встала. — Я попробую. Не знаю, профессор, боюсь, что у меня ничего не получится.
— Получится, — уверенно сказал он и тоже встал, и заглянул ей в глаза, близко-близко, и увидел, что глаза у нее какого-то странного светло-зеленого цвета, как первая трава на пригорках…
Глава шестая
1
Так уж получилось, что именно дружбе с Федором Белозеровым Вересов был обязан и своим постом директора Сосновского НИИ онкологии и медицинской радиологии, и высоким положением, которое занимал в медицинском мире республики. Разумеется, дело тут было не только в дружбе: положение — не путевка на курорт, которую можно по-свойски устроить приятелю, в расчет идут научные заслуги, а Николай Александрович обладал известностью первоклассного хирурга и исследователя. Многие из доброй полусотни научных работ, опубликованных им, давно вызывали пристальный интерес хирургов и онкологов как у нас в стране, так и за рубежом. Но все-таки, не вмешайся старый и верный друг в его судьбу, не вытащи из Военно-медицинской академии в Сосновку, как знать, сколько лет Вересов еще оставался бы старшим преподавателем, мечтающим не о научно-исследовательском институте — о таких вещах старшие преподаватели даже со степенью доктора наук и не мечтают, — а хотя бы о кафедре. Слишком уж велико ярчайшее созвездие талантов в академии, слишком уж мало вакансий. Так мало, что можно всю жизнь проходить в полковниках медицинской службы, не дослужившись до генеральских погон, будь ты хоть семи пядей во лбу. Разве что в утешение дадут, выправляя на пенсию, да только мало кого такая перспектива греет. Тем более что прямой и резкий характер Вересова отнюдь не способствовал его успешному продвижению по служебной лестнице, и сам он это хорошо понимал.
Дружбе с Белозеровым Николай Александрович был обязан не просто карьерой, хотя честолюбие не было ему чуждо, но куда более важным — возможностью целиком посвятить себя онкологии, возможностью, о которой он мечтал и которой служба в академии ему не давала.
Вересов и Белозеров стали врачами по разнарядке горкома комсомола.
Весной тридцать пятого оба окончили школу. Николай собирался поступать на физмат, Федор — в политехнический. Однако все сложилось иначе.
Дня через три после экзаменов — даже отоспаться как следует не успели! — четверых выпускников — Вересова, Белозерова, Яцыну и Басова — вызвали на бюро горкома.
В кабинете секретаря было душно и накурено: дым не успевал выходить в открытые окна. Смущаясь от общего внимания, ребята сели на краешки стульев.
— Вот что, други, — тряхнув льняным чубом, сказал Марат Березкин, — долго рассусоливать с вами у нас нету времени, еще полночи прозаседать придется. Что такое капиталистическое окружение и чем оно пахнет, знаете, народ грамотный. — Федор дурашливо повел носом, словно принюхиваясь, но Марат строго покосился на него, и он сконфузился. — Порохом оно пахнет, войной, это дело не носом — сердцем чуять надо. Буржуи всего мира во сне видят, как бы нас половчее сожрать и не подавиться. Ясно-понятно, ни фига у них из этого не получится. Однако, чтобы выстоять в будущих боях, чтобы разгромить всякую сволочь, которая на нас полезет, Красной Армии позарез нужны военные врачи. Да, да, именно врачи, — жестко повторил он, заметив, как растерянно переглянулись ребята. — Нам выделили четыре путевки в Военно-медицинскую академию имени товарища Сергея Мироновича Кирова. Мы тут с членами бюро посоветовались и решили направить вас. Отличники, политически грамотные, делу Ленинского комсомола преданы… одним словом, товарищи надежные. Это — большое доверие, и все мы надеемся, что вы его с честью оправдаете. — Марат обвел глазами длинный, покрытый кумачовой, в фиолетовых чернильных разводьях, скатертью стол, за которым сидели члены бюро горкома. — Кто за это решение, прошу голосовать.