Сорвиголова

— Кстати, а какой у тебя навык, разбойница? А ещё интересно, что ты сейчас делаешь с кривыми кинжалами?

— Скоро узнаешь, раб. Когда я тебе почти одолею, проси пощады, так и быть, твоё тело мне понравилось. Отрежу твою штуковину под корень и сохраню на память! А ты останешься живым, но оскоплённым, чтобы не смотрел на своих господ с таким вожделением. Лишь бы муж понял правильно, он ещё тот ревнивец, как и я, — настраивала себя на бой Оспимэ. — Когда оденешься и будешь готов, свисти. Посмотрим, чего ты стоишь в бою со свободной серой эльфийкой!

Меня немного вымораживала её смелость, может, я чего-то не понимаю? Слишком самоуверенным должен быть я, не она. Для начала я хотел понять, какова она в бою, не уходя в невидимость, но сейчас что-то сомнения взяли меня…

— Я готов, нападай, «хозяюшка», отведаешь меня во всей красе, — подначивал я её.

Мы медленно, по кругу сходились, готовясь к решительному бою. Оспимэ не спешила, оценивая меня, а я не хотел в десяти метрах от эльфы активировать невидимость, а затем, включив форсаж, бежать к ней. Самая мякота и нежданчик будет, когда я исчезну прямо перед её чуть светящимися кривыми клинками-крисами. Так оно и получилось. Дева-воительница резко бросилась ко мне, а я спустя секунду включил невидимость, нагнулся торсом в её сторону, а когда между нами оставалось два метра, кинулся ей под ноги. Потеряв меня из виду, Оспимэ попыталась резко остановиться, но инерция пронесла её ещё метр, и подтянутая спортсменка упала, запнувшись о мою невидимую подножку. Когда она свалилась, то я успел нанести как минимум три удара в ноги и бёдра. Заметив, что таз и чётко выраженная выше талия у неё были узкими, но крайне аппетитными, я сам и подставился, отвлечённый непотребными мыслями.