Высоцкий: вне времени и пространства
- Автор: Сурков Павел
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-0055-6318-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Высоцкий: вне времени и пространства». Краткое содержание книги:
Красивую выдумку «крыла» воплотил Давид Боровский. Занавес, им придуманный, — самый важный герой трагедии: и красивый, и громадный, и чувственно ужасный…»[40].
Второй важный сценографический ход, использованный Любимовым, — это световое решение спектакля. «Гамлет» у него происходит не вне времени и пространства. У любимовского «Гамлета» есть четкое время, вернее даже — момент действия. Это — ночь. Как вспоминал театровед В. Гаевский: «Ночь здесь реальное обстоятельство времени и обобщенное условие бытия. Ночью происходят тайные встречи, король принимает доносы и замышляет преступления. Ночь — сообщница узурпаторов, захвативших власть, но она также сообщница Гамлета, его тайная и надежная подруга. Театр играет трагедию человека, который обречен жить и умереть ночью. Глухая тоска по недоступности дня — лирический подтекст роли. Мысли Гамлета — мрачные, ночные мысли. Дело Гамлета — мрачное, ночное дело. Его ночная совесть чиста, но, умирая, он думает о будущем, он мучим иной, человеческой совестью»[41].
Тема ночи подкреплялась еще одним неожиданным персонажем: живым петухом, о котором с восторгом вспоминает Смехов: «Петух — это отдельная поэма. Он отбивался от белых перчаток монтировщиков смены на верхотуре, над левым порталом. В правильные минуты он кричал — раз пять за время спектакля. Потом его отселили подальше от сцены — отдельно, но комфортно, в административной части театра. Ему даже подарили курицу-подругу. И он кричал иногда невпопад — громче, чем неталантливые петухи, и мешал другим спектаклям. А на гастролях у нас появлялись местные Пети: ручные милые в Тбилиси и в Питере, бойцовские мерзавцы — в Будапеште и Белграде, меланхолик Петя — в Париже…»[42]. Конечно, этот петух, как символ перехода от ночи к рассвету, символ перелома, символ «связи времен», разорванного стыка, который пытается соединить Гамлет, был необходим Любимову — как еще один выпуклый, грубоватый, прямой, но невероятно точный режиссерский жест.
Световое и цветовое решение любимовского «Гамлета» (к счастью, у нас есть цветные видеозаписи фрагментов спектакля, и мы можем видеть, как эта постановка была решена) — черно-белое, с малыми вкраплениями коричневого, бурого цветов. Цвета «Герники» Пикассо, цвета черно-белого ужаса, искаженные фигуры, выхваченные ночными прожекторами, понятная метафора для зрителей 70-х годов. Грубые костюмы из шерсти — свитера тройной вязки. Об этом говорил и Любимов, а затем его мысли идеально транслировали и актеры, Высоцкий в том числе — так, в интервью болгарскому телевидению он рассказывал: «…Век был очень грубый, жестокий, суровый, и они ходили-то в коже и в шерсти. Овцы-то были всегда, всегда стригли, делали одежды из шерсти. И мы в нашем спектакле тоже одеты очень просто в грубых-грубых шерстяных вещах. Но самое интересное, что это оказалось очень современно, потому что сейчас тоже шерсть носят…»[43].
И самое удивительное, что Высоцкий и Любимов отыскали в своем спектакле тот самый исторический контекст, который был заложен в оригинальный текст Рэтлендом и Бэконом: фактическая публичная невиновность Клавдия, допустимое оправдание короля. Об этой новой — и революционной для постановок ХХ века! — трактовке «Гамлета» сам Высоцкий рассказал в интервью журналистке Татьяне Будковской в октябре 1977 года. К сожалению, этот текст при жизни Высоцкого опубликован не был, его смогли прочитать лишь в августе 1986 года в газете «Московские новости»: «…Гамлету не уйти от рокового конца. Он ясно понимает, что происходит с ним, с его страной. Время жестокое, сложное. Принца готовили на трон, а его место занял цареубийца. Гамлет помышляет только о мести. Хотя он против убийства. И это его страшно мучает.
И здесь, мне кажется, я нашел ход. Все Гамлеты искали доказательства вины Клавдия, чтобы оправдать убийство. А я ищу доказательства невиновности короля, я подстраиваю мышеловку, чтобы убедиться: он не виноват, он не убивал моего отца. Делаю все, чтобы кровь не проливалась…»[44].
40
Цит. по: Смехов В. Здравствуй, однако… Воспоминания о Владимире Высоцком. М., 2018. С. 74.
41
Цит. по: Высоцкий на Таганке. М., 1988. С. 50—52.
42
Цитируется по: Смехов В. Здравствуй, однако… Воспоминания о Владимире Высоцком. М., 2018. С. 79—80.
43
Текст интервью приводится в книге: Рязанов Э. Четыре вечера с Владимиром Высоцким. М., 1989. С. 120—121.
44
Цит. по: Вспоминая Владимира Высоцкого. М., 1989. С. 159—160.