Миг бытия так краток. Сборник американской фантастики. 1991

И это все очень меня радовало. Это давало мне цель, ка­кое-то дело. В любом случае, ничто не вызывает такого жела­ния продолжать жить, как чье-то желание умертвить вас,— желания продолжать жить и найти его, выяснить почему и по­мешать ему.

* *

Второй выпад смерть нанесла быстро, и, как бы мне того ни хотелось, я не смог приписать его человеческому посреднику. Это был один из тех трюков глупой судьбы, которые иной раз являются, словно незваные гости к ужину. Однако финал силь­но меня озадачил и зародил новые путанные мысли.

Произошло же все примерно так...

Веганец сидел у самой воды этого великого плодородного потока, этого стирателя границ и отца плоскостной геометрии, и делал наброски противоположного берега. Полагаю, если бы он сидел на т о м берегу, то набрасывал бы это т, но это лишь циничное предположение. На самом деле беспокоило меня то, что он ушел бродить один, спустился к этому теплому топ­кому месту, никому не сказал куда собирается идти и не взял с собой ничего смертельнее карандаша ТМ.

Тут это и случилось.

Прибитое течением к берегу старое, с оторванной местами корой бревно внезапно перестало быть таковым. В небо взмет­нулся длинный змеевидный хвост, на другом конце появилась пасть, полная зубов, а масса ножек нашла твердую опору и за­работала, как колеса.

Я заорал и схватился за пояс. Миштиго выронил блокнот и дал деру. Однако чудище настигало его, и я поэтому не мог стрелять. Тогда я бросился им навстречу, но к тому времени, когда добрался гуда, хищник уже дважды обвился вокруг него, и Миштиго сделался из голубого синим, а ужасные зубы вот- вот были готовы на нем сомкнуться.

Ну, есть один способ заставить удава ослабить хватку, по крайней мере, на мгновение. Я схватил его за поднятую голову, пока он нерасторопно созерцал свой завтрак, и сумел просунуть пальцы под чушейчатые складки по обеим сторонам этой головы. И как можно сильнее вонзил большие пальцы ему в глаза.

И тут некий великан ударил по мне Земным шаром.

Кое-как поднявшись на ноги, я обнаружил себя примерно в десяти футах от места, где первоначально стоял. Миштиго отбросило еще дальше от берега. Он как раз пытался встать, когда зверюга напала снова. Только на этот раз напала ен л на меня, а не на него.

Приподнявшись над землей футов на восемь, зверь, словно молот, рухнул, нацелившись на меня. Я отскочил в сторо) у, и его огромная плоская голова промахнулась всего на какие-то несколько дюймов, осыпав меня при ударе градом земли и гальки.

Я откатился подальше и начал было подыматься, ко тут хлестнувший по земле чешуйчатый хвост сшиб меня. Тогда я, лежа на спине, попытался отползти, но было уже слишком поздно, чтобы избежать смертельных объятий. Воадил кольцом обвился у меня ниже бедер, и я рухнул, как подкошенный.