Поцелуй отвергнутого дня (СИ)

— Адриан! — вскрикнула Маринетт, пытаясь подняться, но лишь вновь шлёпнулась на землю.

Алья и Хлоя подбежали к подруге и помогли ей сесть. Плагг, Вайзз и Нино уже были возле друга и загородили его своими спинами.

— Ты снова выбрал не ту сторону, дружище. — сказал брюнет.

— А меня не привлекают жалкие хлюпики, которых раздавить, как букашку, на раз. — хищно улыбаясь, ответил квами.

— А я-то смотрю, сам возмужал, да под крылом у новой госпожи притаился. — горько ответил Вайзз.

— Довольно. — приказным тоном сказала Верлана. — Талисманы, живо!

— Плагг, когти.

Зеленая вспышка не дала даже понять, что задумал блондин, как перед всеми уже стоял Кот Нуар, его кошачьи зрачки вытянулись в тонкую нить, да так, что их совсем не было видно, лишь ярко-зеленые склеры сияли своим огнём.

— Катаклизм! — выкрикнул блондин. — Это ты… Во всем твоя вина! Если бы не ты, она бы сейчас была жива! — ярость поднималась в нём, убивая всё на своём пути.

Еле удерживая себя на одном месте, чтобы не ринуться в бой с полыхающим в руке катаклизмом, парень не переставал кричать.

— Ты почувствуешь всё, что пережил я!

Только он хотел сделать шаг в сторону своего врага, как вдруг перед ним появилось знакомое девичье лицо, в лазурных глазах которого стояли слёзы.

— Адриан, прошу, пожалуйста, она бы это не одобрила. — задыхаясь, шептала Хлоя. — Прошу, не делай того, о чём потом пожалеешь, если не ради себя, так ради неё…

Возможно, Хлоя и не любит людей, делает много подлостей и колкостей, но она с первого дня знала, что Эмили Агрест — не её мать, что эта прекрасная женщина стоит всего мира. Она была для неё роднее всех, никто не относился к маленькой, хоть и через чур избалованной, но все же прелестной девчушке так, как мать Адриана. То, что хотел сделать Адриан, она бы не одобрила, девушка знала это на сто процентов, поэтому на свой страх и риск бросилась между врагом и черно-зелёной магией, которая может лишить её жизни в мгновение ока, даже несмотря на то, что эта самая магия в руке её лучшего друга.

— Адриан, нет. — рядом с Хлоей встал Нино. — Бро, ты не должен уподобляться ей.

— Адриан. — к парню подошла измученная Маринетт, которую поддерживала Алья. — Милый, ты же добрый человек. Знаю, что ты желаешь отомстить, но помни о доброте и любви, которая есть в тебе. Эта доброта — свет, который дарят воспоминания о твоей матери, а любовь, наша любовь, она способна преодолеть всё, что угодно. Прошу, не нужно делать этого.

Черно-зелёный сгусток энергии, обволакивающий руку, медленно начал тускнеть и возвращаться в талисман, а изумрудные глаза становились обычными, как у Кота, которого знала Маринетт. Глаза её друга и напарника, любимого и единственного.

— Моя сила разрушения никогда не тронет человеческое тело. — ухмыляясь во всю, сказал Кот.

— Как мило, а теперь талисманы. Живо отдайте их ему.

Натали, точнее, Верлана, встала, выпрямив спину, чем-то напоминая Агреста старшего, когда тот был недоволен Адрианом, и со всем присущим ему холодом отчитывал сына. Но, вот загвоздка, она не он.

— Ну, мы это ещё посмотрим. Поллен, давай! — выкрикнула Хлоя.

— Присоединяюсь к веселью. Трикс, дай лапу!

— Куда ж вы без меня, красавицы. Вайзз, панцирь!

— И, что вы мне сделаете? — усмехнулась Верлана. — Вы даже не сдвинетесь с этого места, если я не позволю. Я королева!

— Душечка, не люблю я повторяться, но, кажется, я уже сказала, что здесь лишь одна королева и это не ты. — вертя в руках жало, произнесла весело Хлоя.

— Хотите играть по-крупному? Так тому и быть. Нууру, ты знаешь, что делать.

Женщина развернулась и не спеша двинулась в сторону той конструкции, где лежала Эмили. В момент всё залило фиолетовым светом, команда устремила взгляды к его источнику и поражённо застыла на месте. Источая яркий свет, перед ними стоял Нууру, разведя руки в сторону, его лицо казалось сосредоточенным.

Жуткий треск пронесся по помещению, витражное стекло на окне разбилось в дребезги, впуская рой бабочек.

— Рена, Квин, увидите Маринетт и Тикки подальше отсюда!

— Я помогу вам. — из появившегося белого окна света вышла рыжая героиня.

— Спасибо, Банникс.

Аккуратно подняв подруг, девушки завели их в белый портал, который тут же закрылся у них за спинами, унося Маринетт и Тикки в безопасное место.

Нууру тут же бросился туда, где секунды назад была белая нора, но не смог даже добраться до места, отброшенный в сторону Карапасом с Котом. Их было двое против одного, но даже так они не могли сражаться, им нужно было срочно уходить.

— Кот! — сзади раздался голос Алекс.

— Вынуждены откланяться. — в свойственной ему манере отсалютовал Нуар.

— Адриан! — вдруг окликнул его родной голос. — Сын.

Парень обернулся на голос отца. Габриэль, наконец, смог встать на ноги и теперь стоял между ним и Верланой с её прихвостнем.

— Я горжусь тобой, Адриан. Нууру, расправь темные крылья! — в последний раз взглянув на своего ребёнка, выкрикнул мужчина.

И тут Адриан понял. Он понял, как сильно любил отца и, как сильно ненавидел то, через что его заставили пройти. Он задержал Нууру. Габриэль давал им время. Давал время ему, своему сыну, чтобы отступить, понимая, что этот бой ему не осилить.