Стратегия обмана. Трилогия (СИ)

   Папа - новый человек в курии, он должен знать, с кем имеет дело, а потом пусть решает сам, как жить с таким положением вещей.

   В пятницу в кабинет отца Матео был доставлен пакет, внутри которого лежал свежий выпуск делового еженедельника "Мир". На первой же странице в колонке главного редактора крупным шрифтом красовался вопрос: "Ваше святейшество, правильно ли это?". Это было открытым письмом издания к папе с просьбой восстановить нравственность и порядок в финансовой деятельности Ватикана. После этого письма на следующей странице шла обширная аналитическая статья под названием "Богатство Святого Петра".

   Ицхак Сарваш справился со своей задачей более чем великолепно. Сам ли или с подачи банкира, журналист сыпал неудобными и скандальными фактами о деятельности Синдоны на посту папского советника, об ухищрениях президента ИРД Марцинкуса и его заместителя Меннини. Было здесь и упоминание багамского филиала Банка Амвросия, где все трое - Марцинкус, Синдона и Кальви входят в совет директоров, и что банк этот находился в оффшоре.

   "Почему церковь допускает вложения средств в компании, которые при необходимости готовы попрать и растоптать человеческие права миллионов бедных, особенно в странах того самого "третьего мира", чьи проблемы так близки сердцу вашего святейшества?" - вот что спрашивал главный редактор издания у понтифика. Отец Матео надеялся, что папа не останется равнодушным, и если не ответит на вопрос официально, то хотя бы докажет делом, что ему не всё равно.

   Всё чаше на глаза отцу Матео попадался епископ Марцинкус, то возле башни Николая V, то в почтовом отделении, то на улочке между казармами швейцарской гвардии и воротами святой Анны. На лице епископа лежала печать некой обреченности, потому и вид его был неизменно мрачным и недовольным. Его недоброжелатели уже устроили тотализатор, где ставили на день, когда же папа снимет Марцинкуса с поста президента ИРД. Каждый раз, когда отец Матео встречался взглядом с епископом Ортинским, он готов был поверить, что Марцинкус если не обвиняет его во всех своих бедах, то после недавнего визита явно ненавидит.

   Но у отца Матео были и другие заботы, поважнее настроения епископа Ортинского. Фантина говорила, что уже трижды к некрополю приходили незнакомые гипогеянцы, двое мужчин. Они говорили, что ищут всех, кто хочет пойти с ними к Альбиону. Как понял отец Матео, речь шла об Англии, и без Фортвудса тут явно не обошлось. Но поскольку Фантина никуда с намоленного места идти не собиралась, о чём трижды с твёрдостью заявила незнакомцам, они от неё отстали, но все равно изредка приходили в тоннель, что лежал под Ватиканом.