Электронная книга - «История шпионажа. Том 2». Краткое содержание книги:
Но Вольф понял, что у Гиммлера нет подробных сведений о всех его инициативах, и главное — он и Кальтенбрунер не знали о встрече в Анконе. Он вздохнул с облегчением. Гиммлер приказал ему на следующий день участвовать в совещании экспертов под председательством Шелленберга, которым предстояло обсудить дальнейшие шаги в переговорах с союзниками. Вольф, в свою очередь, предложил встретиться и обсудить этот вопрос с Гитлером, чтобы убедить его продолжить начатые с американцами переговоры, но Гиммлер запретил, сказав, что момент еще не настал.
Вольф понял, что Гиммлер и Кальтенбрунер завидуют ему. Им самим хотелось выступить инициаторами этих шагов, но не получилось.
Вместе с Кальтенбрунером Вольф отправился на совещание службы информации в Бавьеру, в местечко Гоф. Там ему удалось обойти скользкие вопросы, оставшись на своих позициях. В конце концов Гиммлер разрешил ему продолжить переговоры с Даллесом, НО не лично.
Вольф вернулся в Фазано 1 апреля. Как только он вошел в свой кабинет, раздался телефонный звонок Гиммлера. Тот знал, что Вольф отослал свою семью в Бреннеро, а потому «позаботился» и для безопасности велел перевезти ее в Австрию под свою защиту. Закончил разговор он тем, что вновь запретил Вольфу покидать И галию. Так что Вольф не решился поехать в Анкону, как было договорено.
А тем временем в преддверии весеннего генерального наступления союзных войск в Италии начались первые атаки союзников.
9 апреля Паррилли снова поехал в Берн. Он только что перед ним присутствовал на встрече фон Вьетингофа и начальника его генштаба Реттигера с Вольфом в его доме. Оба генерала были согласны с программой Вольфа, но Вьетингоф как истинный немецкий кадровый военный ставил несколько условий. Он стремился к тому, чтобы для немцев договор был не позорным, говоря, что его солдаты честно защищали свою страну и нельзя с ними обходиться как с военными преступниками. Вьетингоф хотел, чтобы немецкие пленные не были интернированы в Англию, а остались и Италии, где были бы заняты на восстановительных работах, а потом вернулись на родину, сохранив солдатский пояс и штык как так воинской чести. Кроме того, Вьетингоф настаивал, чтобы ему оставили небольшое воинское подразделение для поддержания порядка. Перед подписанием договора о капитуляции он просил дать ему копию, чтобы иметь возможность с ней предварительно ознакомиться.
Даллес сомневался, что эти претензии будут удовлетворены, но тем не менее отослал немецкий запрос в штаб-квартиру союзников в Казерте, в Лондон и Вашингтон. Ответ пришел незамедлительно: никаких предварительных копий текста договора, никаких уступок в отношении сохранения воинской чести. Паррилли выехал к немцам с этим отказом.
В ожидании нового шага в ведении переговоров Даллес узнал о прибытии своего радиотелеграфиста, о котором он запрашивал. Это был чех, бежавший из концлагеря Дахау. В течение трех месяцев он скрывался в Германии, был схвачен и отправлен в лагерь военнопленных, откуда вновь бежал. Ему удалось на этот раз добраться до Швейцарии, где он стал сотрудничать с ОСС, пройдя курс обучения на радиотелеграфиста. Его окрестили малышкой Валли и подготовили к отправке в штаб-квартиру СС. Передача сообщений из Германии и в Германию должна была вестись через посредничество Паррилли и Циммера. Радист отлично справился с заданием, сыграв важную роль в операции «Санрайз».
В то время как Вольф, Реттигер и генерал фон Поол, командир авиаотрядов Люфтваффе в Италии, пытались склонить Вьетингофа к быстрому решению вопроса о немецкой капитуляции с союзниками, произошло событие, которое насторожило и вспугнуло Вьетингофа.
Один английский офицер, назвавшийся посланником марша им Александера, встретился с Вьетингофом и пытался убедить его, что тот должен вести переговоры не с американцами, а с англичанами, которые пошли бы немцам на некоторые уступки. Потом этот «посланник» исчез, будто испарился.
Возможно, что это был маневр, подстроенный Кальтенбрунером, чтобы провоцировать переговоры, которые вел Вольф, либо же это была инициатива советской разведки, стремившейся расколоть англо-американский союз. Тем не менее Вьетингоф испугался, что его причастность к переговорам через Вольфа станет известна, и замкнулся.
У Вольфа были свои трудности в общении с Гиммлером, который вызвал его в Берлин 14 апреля. Вольф отписал ему, что не может покинуть Италию, на территории которой идут сражения вверенных ему войск в момент, когда активизировались выступления итальянских партизан. Он умолял Гиммлера присоединиться к своим инициативам и способствовать прекращению уже проигранной немцами войны.