Все расследования Шерлока Холмса [litres]

– Добрый вечер, доктор, – радушно поздоровался Холмс. – Рад, что вам пришлось ждать всего несколько минут.

– Вы разговаривали с моим кучером?

– Нет, мне об этом рассказала свеча на столике. Прошу вас, садитесь. Чем могу быть полезен?

– Я доктор Перси Тревельян, – сказал наш гость. – Живу на Брук-стрит в доме номер четыреста три.

– Не вы ли автор монографии о трудно диагностируемых нервных расстройствах? – спросил я.

Когда Тревельян услышал, что я знаком с его работами, бледные щеки его порозовели от удовольствия.

– Мне так редко приходится встречаться с людьми, которые знают о моей монографии, что я уже начал думать, что зря потратил время на ее составление, – сказал он. – Мой издатель уверяет, что она почти не продается. Очевидно, вы тоже врач?

– Отставной военный хирург.

– Знаете, нервные болезни – мой конек. Я был бы несказанно рад, если бы мог заниматься исключительно этой темой, но приходится довольствоваться тем, что есть. Однако это не имеет отношения к моему визиту, мистер Шерлок Холмс. Я прекрасно понимаю, как дорого для вас время. Дело в том, что у меня дома, на Брук-стрит, творится что-то странное. А сегодня вечером произошло такое, что я понял: больше я этого не вынесу. Мне очень нужны ваши совет и помощь.

Шерлок Холмс уселся в кресло и закурил трубку.

– Не сомневайтесь, что получите и то, и другое, – сказал он. – Прошу вас, расскажите мне как можно более подробно о том, что вас беспокоит.

– Ну, тут есть и такие мелочи, о которых мне даже как-то стыдно упоминать, – сказал доктор Тревельян. – Но все это настолько непостижимо, а недавний поворот событий меня так потряс, что я решил рассказать вам все, чтобы вы посоветовали мне, что делать.

Начать мне придется с рассказа о своей учебе. Я окончил Лондонский университет, и, надеюсь, вы не подумаете, что я решил покрасоваться перед вами, если я скажу, что мои профессора считали меня весьма перспективным студентом. Окончив университет, я продолжил свои исследования, работая на небольшой должности в клинике при Королевском колледже. Должен сказать, что мне повезло, мои исследования в области каталепсии вызвали определенный интерес, в результате чего я удостоился премии Брюса Пинкертона и медали за свою монографию о нервных расстройствах, только что упомянутую вашим другом. Не будет преувеличением, если я скажу, что в то время все прочили мне блестящую карьеру.