Среди огнистых камней

Он внимательно осмотрел картину и причмокнул губами.

– Классно. Она талант. Никогда такого не видел. Что ты будешь с ней делать? Заберешь на Землю?

– Шутишь? Как я объясню родителям, кто здесь изображен, да и я здесь такая… Я хочу повесить ее здесь в зале, пусть все любуются. Повешу ее на потайную дверь, ведущую в подвал.

Маранта заелозила на руках Егора, просясь на пол. Он опустил ее на ножки, предоставив свободу топать по залу. Платье на ней шуршало и звенело, переливаясь всеми цветами радуги, и Маранте это нравилось. Она пронеслась несколько раз туда и обратно, сверкая глазками и зубками.

– Вот и подиум,– сказала я ей.

Егор наблюдал за ней с восхищением. Он поинтересовался, как поживают все, кого я навестила, и я ему рассказала. Потом мы пообедали, и Маранта, как всегда захотела спать. Нам пришлось снять ее чудесное платьишко, и пообещать надеть его снова, когда она проснется. Только тогда она расслабилась и уснула, устроившись на моей груди и животе. Я решила переложить ее, когда она заснет покрепче. Мне пора было идти домой, и я шепотом попросила Егора сходить на кухню и налить в кастрюльку супа и еще какой-нибудь еды для мамы. Я планировала забрать это с собой, раз с Вернеком ничего не получалось. Егор ушел, а я пригрелась от тепла Маранты и задремала в ожидании прихода Егора.

Едва мой мозг отключился, как я оказалась в дымчатом туманном месте. Изумрудный озабоченный Ортис летел вдоль серого тумана. В одном месте, оказавшемся посветлей, он остановился и произнес трагическим сипловатым голосом:

– Горг, где ты?

Потом пролетел еще немного, где серость отливала серебром, и спросил еще раз:

– Горг, ты здесь?

– Кто тут? – услышала я очень знакомый тяжелый голос.

– Это Ортис. Я пришел узнать, как ты,– заискивающе ответил он.

– Ты мне не нужен. Можешь идти,– повелительно проговорил Горг. Потом, подумав, спросил:

– Как ты смог позвать меня и как я слышу тебя?

– Здесь есть одно место, где можно общаться. Я нашел его,– тихо пробормотал Ортис.

– Я слышу страх в твоем голосе. Зачем я тебе?

– Понимаешь, это все та же старая история. С твоими иронгами. Они посчитали, что здесь есть моя вина. Мне дали срок, чтобы заняться исцелением, но я не могу найти причину в себе. Я искренне считал твои творения красивыми, гениальными. Разве моя вина, что они погибли? Мы же были почти друзьями, Горг, ты ведь можешь сказать, что я здесь ни при чем?

– У меня не может быть друзей, ты зря пришел. Что там мой брат? Уже умчался обратно к своим критинам? – с издевкой спросил Горг.

– Они криты, Горг. Он еще здесь. К Ра-Ойлу много вопросов, он смог создать человека, и теперь он Ирох. Но я не согласен с этим.

– Что?!– прогремел Горг. – Это невозможно! Этого просто не может быть! Ты смеешься надо мной? Уходи прочь!

– Нет, что ты, Горг,– хрипло уговаривал его Ортис. – Я сказал тебе правду. Он теперь Ра-Ойл Ирох.