«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

Через несколько дней во дворец явились вожди крестоносцев, напомнившие Исааку II об обязательствах Алексея IV. Важная деталь – «просьба» об уплате суммы долга прозвучала откровенным ультиматумом. Маршалл Виллардуэн потребовал от Исаака II подтвердить обещания сына. А затем перечислил их: поставить всю Византийскую империю в повиновение Риму (!), от которого она якобы некогда отпала, выдать 200 тысяч марок серебром, предоставить гарантии тому, что крестоносцев будут обеспечивать продовольствием в течение 1 года, и сформировать для войны в Египте армию численностью 10 тысяч солдат.

Исаак II ответствовал, что оказанная пилигримами услуга чрезвычайно велика, но даже если он продаст всю Византийскую империю, у него не хватит денег, чтобы рассчитаться с латинянами. Завязался долгий разговор, в ходе которого рыцари буквально заставили старикаимператора подтвердить обязательства сына[1200].

Делать нечего: императорслепец приказал собрать все золото, находящееся в казне, а также имущество, конфискованное у Ефросиньи и ее родственников, и передать его латинянам, но это было каплей в море. Тогда по приказу василевса было совершено святотатство – со святых икон сдирали золотые оклады и драгоценные камни, изымали из храмов золотые сосуды и переплавляли в слитки, также последовавшие в лагерь крестоносцев[1201].

Интересно, но и при дележе этой добычи венецианцы выгадали больше всех. Из 100 тысяч монет, которые с великим трудом Алексей IV сумел собрать к сентябрю 2003 г., ровно половину венецианцы получили по договору с крестоносцами, согласно которому им отходила Ѕ всех завоеваний в ходе 4го Крестового похода. А из оставшейся суммы они забрали еще 36 тысяч – задолженность рыцарей перед ними за обещанное, но так и не поставленное венецианцами продовольствие[1202].

Оставшаяся мизерная сумма, из которой французы еще высчитали средства, затраченные на флот, поступила в распоряжение рядовых пилигримов, что вызвало у них откровенное разочарование. Вскоре в лагере латинян наступил настоящий голод, а цены на продовольствие били все возможные рекорды.

Естественно, в таких условиях крестоносцы искали любой повод, чтобы напасть на пригороды Константинополя. Но и византийцы не могли простить латинянам христианам разграбления своих святынь. Осквернение храмов, воспринятое на первый взгляд равнодушно константинопольцами, вызвало целый ряд нападений рядовых ромеев на ни в чем не повинных пизанцев и других европейцев, проживавших в Константинополе. Естественно, те бросились в Перей искать защиты у французов и венецианцев. В свою очередь крестоносцы составили несколько отрядов и напали на сарацин, мирно живущих в византийской столице, и ограбили их мечеть.