Поцелуй льда и снега [litres][Ein Kuss aus Eis und Schnee]

– Ты еще бледнее, чем обычно, – усмехается Леандр, копаясь в несъедобных потрохах.

Судорожно задохнувшись, я проглатываю желудочную кислоту.

– Я никогда не видела, как животных… забивают.

Леандр удивленно поднимает брови.

– Но ведь ты ела раньше мясо?

– Естественно. Но я к нему, – я показываю на кролика, который висит вверх ногами на невысокой ветке, – не притронусь.

Леандр озорно ухмыляется, что мгновенно успокаивает мой взбунтовавшийся желудок.

– Это мы еще посмотрим.

Пока кролик истекает кровью, он собирает рядом с нашим маленьким лагерем травы, которых я никогда раньше не видела. Затем кладет на огонь несколько плоских камней, и, когда они раскаляются, натирает кролика травами и кладет на них. Сразу возникает чудесный аромат свежеобжаренных пряностей и щекочет мой нос. Мой желудок издает оглушительное урчание, что вызывает у Леандра понимающий смех.

– Если бы у меня было немного вина и пара гарниров, я бы устроил настоящий пир, – говорит он, присаживаясь на корточки перед костром и переворачивая кролика.

– Ты… умеешь готовить? Я имею в виду, кроме того, что ты можешь жарить мясо. Готовить?

Он смотрит на меня. Около левого уголка рта появляется ямочка.

– Ты была бы впечатлена, если бы я ответил да?

– Наверное, – признаю я.

Ухмыляясь, он возвращается к готовке.

– Тогда мой ответ – да. Также я умею шить. Не то чтобы очень хорошо, но могу зашить мелкие прорехи на моих рубахах без посторонней помощи. По-моему, это считается.

Теперь я тоже не могу удержаться от улыбки.

– Есть ли что-то, чего ты не умеешь?

– Боюсь, что у меня проблемы со скромностью, – отзывается он. – Что насчет тебя? Какие-нибудь тайные таланты, помимо верховой езды, о которых ты мне еще ничего не рассказывала?

Я подтягиваю ноги к груди и обхватываю их руками, чтобы положить подбородок на колени.

– Боюсь, что нет. Я не умею ни готовить, ни шить. Да и вообще довольно неуклюжая, когда приходится что-то делать руками.

Леандр хмурится.

– Это, безусловно, препятствие для твоей работы камеристкой.

Я заставляю себя улыбнуться, когда он затрагивает мою прежнюю жизнь.

– Да… К счастью, для этого были другие служанки. Но это одна из причин, по которой я мечтаю начать все сначала. В конце концов, должно быть что-то, в чем окажется хорош кто-то вроде меня. До сих пор, – я вздыхаю, – я не нашла этого чего-то. Возможно, было бы лучше, если бы я вернулась и продолжила с того места, где остановилась.

– Мы найдем то, в чем ты хороша, – говорит Леандр.

Хотела бы я иметь хотя бы половину его уверенности… Он настолько талантлив и опытен, что я чувствую себя ничтожной рядом с ним. Если я буду сравнивать себя с ним, никогда не почувствую себя достаточно смелой, чтобы вырваться из своей клетки.

– Что ты будешь делать после того, как отвезешь меня в город? – спрашиваю я, чтобы не продолжать себя мучить.

– Я нахожусь на службе у короля, – напоминает он, но его лицо вновь кажется закрытым. Озорную ухмылку словно стерли. – Мне нужно вернуться ко двору и спланировать следующую атаку. – Его взгляд ищет мой. – Как видишь, мы оба не можем выбраться из своей роли. Ты не хочешь возвращаться во Фриску, но не знаешь, что хочешь делать. Я сражался в стольких битвах и не хочу ничего сильнее, чем отойти от бесконечных сражений.