160 шагов до Лео

— Так кто же этот волшебник? Настоящий алгоритм любви тебе принес! Здесь откроешь — с Яго встретишься. Направо повернешь — Коломбиной станешь! — бормотала захмелевшая Ирма.

Эта игра меня настолько увлекла, что я даже вздрогнула, когда услышала сердитый голос Беаты:

— Эй, синьорина, так ты никогда до моего не дойдешь!

— Сейчас, еще один… — я открыла еще один отдел, в котором лежал маленький розовый конверт, а в нем такая же розовая картонка. Я рывком вытащила ее и прочитала вслух: «Твои желто-серые стрекозьи глаза сводят меня с ума!»

— Ничего себе! Кто же это, Ассоль?

— У Ассоль, похоже, завелся еще один поклонник! — озорно смеялась Беата. — Может, это тот студент, который заигрывал с тобой на прошлой неделе? Как его звали?

— Лука! Его звали Лука. А за дверью, между прочим, его невеста с кем-то мило трепалась по телефону. Нет, этот вариант отпадает.

— Подожди, бабушка рассказывала, что молоденький полицейский дежурит у кондитерской уже второй месяц. Он же не бабушку там сторожит! Подожди, он даже сказал, как его зовут? Лоренцо… Дарио, нет, все не так. — Ирма махнула рукой и пригубила из фужера.

— Мар’ко, — грассировала я, передразнивая парня.

— То, что он к вам частенько заглядывает, из своего магазина вижу. Сколько раз он уже провожал тебя до дома? — только сейчас заметила, что у Ирмы задорное девичье лицо с веснушками и почти нет морщин, будто ей не шестьдесят, а шестнадцать.

— Нет, не думаю, что у полицейского хватит мозгов на такие изощренные подарки. При всем моем уважении к людям в форме, — бабушка села нога на ногу и закурила.

Что тут думать! Я знаю: это Леонардо. Иначе и быть не может! Я же желание загадала! А если это все же не он? Нет, уверена, что он хотел сделать мне сюрприз. И сегодня вечером, когда мы будем сидеть в ресторанчике в компании сибаса, он спросит, понравился ли мне его сюрприз. Я поцелую его, прижмусь, и мы будем смотреть на волшебный закат над фиолетовой лагуной.

Беата так увлеклась поеданием торта, что как ребенок измазала рот сливками. На мгновение она отвлеклась и, чавкая, сказала:

— Послушайте старую женщину, синьорина. Знаете, как мы с Джованни встретили друг друга? У нас на Сицилии всегда говорили: "Fimmina a diciottànni, o la mariti o la scànni” (“если девушке исполнилось восемнадцать, то выдай ее замуж или убей”).

Ирма громко замычала, не давая ей продолжать, но бабушка приказала сквозь зубы:

— Тише ты!

Беата выпила залпом шампанское и вернулась к своему рассказу:

— Ведь нам на Сицилии не разрешали ни работать, не веселиться. Вот и выскакивали замуж, чтобы получить свободу. Какой уж там принц! Помню, как проводила вечера в молитвах, чтобы хоть кто-нибудь пришел меня сватать. Ирма прервала ее нетерпеливым возгласом:

— Ну, что вы, ей Богу! Какие молитвы в наши времена! Сегодня у ней День рождения, а вы тут нравоучениями занимаетесь.