160 шагов до Лео

— “Говорят про любовь… Голубые огни васильков…”

Я крикнула, нарушая их дуэт и вешая сумку на крючок:

— Ба, а почему ты Риту не впустила?

— О чем ты, дорогая? — на ее лице было недоумение.

— Она стояла у нашего забора, будто кого-то высматривала. Или опять с ней повздорили?

— Что за глупости, Ассоль? — у бабушки нервная улыбка. — Лучше помоги мне украсить гирляндами холл. Что значит, не хотела впускать? Ирма, налей мне чего-нибудь попить.

— Воды с газом?

— Какой воды! Вина мне налей. Сегодня такой повод, а ты воды!

Беата странно смотрела на бабушку, будто они что-то от меня скрывали.

— Беата? — я стояла, как вкопанная, желая по их жестам угадать, что на самом деле происходит.

— Мой Господь! Синьорина, все те, кто хотел войти, сюда попали. А те, кто лишь в окна заглядывал… — ее щеки были розовыми, а глаза блуждали. Затем круто сменила тему: — Посмотрите только, сколько тут подарков!

— Да нет! Говорю, шампанское забыли. Я мигом! — бабушка надела туфли, взяла с тумбы у входа ключи, сумку с вешалки и захлопнула за собой дверь.

Что тут происходит? Почему все говорят загадками и уклоняются от моих вопросов?

Беата указала на большую коробку в бумаге, на которой была нарисована карта мира, обернутая коричнево-бежевой лентой:

— Курьер уже при мне доставил.

— От кого?

— Тут не написано. Сказали, что для синьорины Ассоль и все тут.

Беата бегала туда-сюда, забывая то фужеры для шампанского, то вилки, то свечи, потом остановилась, поцеловала меня в щеку и сказала:

— Хороша, эх! А глаза как бриллианты! — она прослезилась и обняла меня.

Куча коробок у дивана возбуждала мой интерес.

— А вот и нет! Будешь открывать их, когда задуешь свечи, пока мы торт едим. А то вся красота растает! — игриво сказала Ирма и засмеялась, когда на пороге появилась бабушка, обнимавшая бутылку игристого, как грудничка.

— А где твои женихи, Ассоль? — поинтересовалась Сандра. — Нам уже пора начинать, а то Беата на свой автобус опоздает.

— Так не будем их ждать. Они подтянутся! — я подставляла фужеры, пока бабушка разливала вино с золотой этикеткой «Giulio Ferrari» и передавала их в маленькие ручки Беаты, а та расставляла их на столе. Бабушка взяла свой фужер, поднялась со своего места и, оглядывая присутствующих, торжественно начала:

— Это вино я выбрала не случайно. Меня удивил его вкус. Он насколько напоминает мне одну девушку. Античный золотой цвет с янтарными оттенками и загадочными, блестящими пузырьками… Интригующий, чувственный запах с тонкими нюансами от кураги до меда, от цитрусовых и горчицы до сладких нежных ноток белого шоколада и заварного крема. Очаровательная и изящная, словно дама из лучшего аристократического рода. Совершенно непринужденная, живая, способная очаровать любого. С днем рождения, моя любимая девочка!

— Оооо! — послышались восклицания женщин. — Сандра, это было восхитительно!

— Даа, когда-то я была важной… — бабушка не договорила и погрузилась в воспоминания.