Мед
- Автор: Вечер Ляна
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Мед». Краткое содержание книги:
— У тебя швы разошлись. В больницу надо.
— Нельзя в больницу, девочка, — мужчина дышит часто. — В меня стреляли и, вполне возможно, ищут.
— Ты что-то натворил, да? — мне становится еще страшнее.
— Я не знаю. Я ничего о себе не помню.
— Оу… Даже как тебя зовут не знаешь?
— Ничего. Совсем, — проводит языком по бледным губам и закрывает глаза.
Я дура, каких поискать — пустила домой незнакомого мужика с дыркой от пули в боку. Не могла бросить его умирать… Но это навсегда изменило мою жизнь.
Он не человек — зверь. И о его прошлом лучше не знать.
— Читать, — Иваныч гнёт бровь, с недобрым прищуром смотрит на Марту.
— Марку нужно уметь добывать еду, знать лес как свои пять пальцев и защищать себя. Он медведь.
Похоже, это не прозвище…
— Малец наполовину человек. Я хочу, чтобы у него было будущее.
— У Марка есть будущее, — приподняв подбородок, заявляет Марта. — Он хозяин этого леса.
— Заладила, мать твою! Лес-лес… Сука, лес ему дорогу в жизнь не даст! Сама неграмотная и сына таким же оставишь.
— А ты — зек!
У Марты трясётся подбородок. Прикрыв рот ладошкой, она плачет — смотреть больно. Так держалась, а эти слова Иваныча, видимо, под дых её ударили. Не выдержала.
— Мам, там эта! Ну, эта! — Марк вбегает в гостиную, несётся к Марте. — Я забыл, как её…
— Кровать, — помогает мальчику Павел, опираясь плечом на дверной косяк.
— Да! Настоящая большая кровать! Можно мне сегодня остаться здесь?.. — мальчишка осекается под грозным взглядом матери, но глазёнки сияют счастьем.
Он не замечает её слёз. Он, похоже, вообще ничего не замечает, кроме простых вещей, которые для него почему-то в новинку.
Стоп!
Медовая радужка с прожилками, напоминающими соты… Такая же, как у раненого медведя и у Мёда. От догадки в груди с болью сжимается сердце. Неужели?..
— Ты останешься здесь, — Иваныч подходит к мальчику, кладёт ему руку на плечо. — Это твой дом, — он говорит, а у Марка глаза, как блюдца. — Твоя мать тоже может жить тут. Если захочет.
— Оставь нас в покое, — Марта глотает слёзы. — Я по-хорошему тебя прошу. Пока по-хорошему…
— Пугать меня не надо, — тон Михал Иваныча мгновенно холодеет. — Ты знаешь, на что я способен.
Он подталкивает сына в спину, чтобы тот топал к камину, берёт его мать под локоть и отводит в сторону.
— Ты нам не нужен, — она стоит на своём.
— Нам… — Иваныч хрипит ей на ухо. — Ты здесь не при чём, Марта. Кончилась у нас с тобой любовь, а сын остался. Посмотри, как он на книгу накинулся, — дёргает её за руку. — Посмотри! — кричит шёпотом. — Марк останется жить в этом доме. Не обсуждается. Я буду привозить к нему учителя и няню найму, если ты такая гордячка.
— Я сына родила не для того, чтобы отдать какой-то няньке, — Марта шипит змеёй.
— Значит, ты тоже останешься и будешь присматривать за ним. А вздумаешь отобрать у меня мальца — сожгу к чертям этот лес. Пойдёшь жить на чужую территорию. Одна.
Марта бледнеет. И я, кажется, тоже.
Михаил не шутит. Он вообще с юмором не дружит. От масштабов намерений Иваныча становится сильно не по себе. Я даже рада, что меня никто не замечает, иначе и мне бы досталось…
Становится душно — мне не хватает воздуха, а левую ладонь жжёт так, словно к ней раскалённый утюг приложили. Комната плывёт перед глазами, я уже не слышу, что говорят Михал Иваныч и Марта. В грудь изнутри что-то бьёт — снова это отвратительное ощущение выхода души из тела.
Темнота.
Разлепляю веки, вижу белый потолок и краешек раковины. Я у себя дома, в ванной.
Из крана хлещет вода, а я лежу на полу и пытаюсь дышать. Это сложно — у меня на груди будто танк припарковался. И ладонь жжёт невыносимо! Я разжимаю пальцы — на пол падает кулон изумрудного цвета.
— Вот чёрт… — шепчу, разглядывая собственную ладошку.
На ней красняк, как от ожога. Хорошо бы волдыря не случилось. Я встаю, врубаю только холодную воду и подставляю руку под струйку.
Странное украшение, мягко говоря. Я не знаю, существуют ли камни, способные нагреться сами по себе, да ещё и до такой температуры. Надо погуглить.
А ещё надо собрать себя в кучу.
Так разволновалась, что упала в обморок. Галлюциногенный. Привидится же такое! Я дую щёки, вспоминая сцену в гостиной. Иваныч, Марта какая-то, мальчик с глазами медового цвета. Бр-р… Я говорила, что Мёд мне во всём и во всех видится? Вот — пожалуйста!
— У тебя всё нормально? — мой гость волнуется за дверью.
— Да-да! — отвечаю торопливо. — Я сейчас выйду.
— Пять минут, потом дверь вынесу, — заявляет и, кажется, уходит.
Зашибись! Привела себя в порядок, называется.
Не думаю, что Мёд шутил. Он говорил серьёзно, как Иваныч из моей галлюцинации. Даже манера угрожать у них похожа. Э-э, Дина, куда тебя понесло?! Всё, что я увидела, лёжа в отключке — это плод моего воображения. Мне бы сценарии к сериалам писать.
А что? У меня бы получилось.
Он — простой бандит из девяностых. Она — оборотница-медведица. Между ними вспыхивает страсть, а через девять месяцев на свет появляется плод этой страсти. Только отец не в курсе. Он пять лет греет нары за что-то там противозаконное, а молодая мать верна звериным традициям — она не собирается ждать бывшего любовника из тюрьмы. Не на ту напал Иваныч, ага. Дальше, драма встречи отца с сыном и его матерью. Любовь прошла, а ребёнок остался, как сказал Михаил. Очень жизненно, кстати.