Любовь в эпоху ненависти. Хроника одного чувства, 1929-1939

Когда Лени Рифеншталь выступала в Берлине двадцатых годов в качестве танцовщицы, Фред Хильдебрандт писал в Berliner TageblatL что ей не хватает главной танцевальной способности — «выражать чувства». Она, дескать, всего лишь «муляж, внутри которого нет крови». Да, там нет крови, там сплошной адреналин. И, к сожалению, довольно много морфия, она регулярно срывается и отправляется в клинику на реабилитацию. Как говорит ее жених Гарри Сокал, она болезненно зависит от «опьянения успехом». Судя по всему, еще и от страсти к фантазированию — до сих пор непонятно, что в ее мемуарах правда, а что выдумка. В любом случае, у нее было много мужчин.

Свою большую любовь она потеряла: Ганс Шнеебергер — вот кто был идеальным партнером, он любил съемочную технику, любил горы и любил кататься на лыжах. И когда он уходит от нее ради другой, она очень страдает. Лени издает в своей комнате долгий крик, с рыданиями бегает по квартире и наносит себе порезы ножом для бумаги. Ей нужно убить в себе эту любовь. А потом она начинает новую жизнь. Из танца она переходит на фабрику грез, в кино. Сокал знакомит ее с Луисом Тренкером, а тот уже с режиссером Арнольдом Фанком. Когда Сокал замечает, что Рифеншталь ради выгодной роли в фильме «Священная гора» вступила в связь и с Тренкером, и с Фанком, он аннулирует помолвку с ней. Потом ее любовниками будут в основном операторы, например Ханс Эртль, снимающий с ней фильм «S.O.S. Айсберг», и Вальтер Римль, который был оператором еще на съемках «Голубого света». Но Римль предостерегает Эртля: «Не дай соблазнить себя этой хищнице, а не то тебя ждет моя участь. Хочу предостеречь тебя от этой женщины, для нее мы как конфеты, которыми она лакомится, пока есть аппетит». А Сокал, режиссер, бывший возлюбленный, а теперь еще и сосед по Гинденбург-Штрассе, 97 (Вильмерсдорф), однажды выразился так: «Ее партнеры всегда были лучшими в своей области, ее нимфомания носила элитарные черты». Одним из этих мужчин Лени Рифеншталь восхищается только платонически. Она устроила у себя дома маленький алтарь Адольфа Гитлера, с бесчисленными фотографиями в золотых рамках. А когда она впервые встретилась с ним где-то на Северном море, то описывала потом встречу как оргиастическое природное явление: «Мне казалось, что вся земля простиралась передо мной, всё полушарие, а потом она вдруг раскололась посередине и из нее стал бить невероятный фонтан, такой мощный, что он доставал до неба и сотрясал землю».