Память земли
- Автор: Фоменко Владимир Дмитриевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Память земли». Краткое содержание книги:
Основные сюжетные линии произведения и судьбы его персонажей — Любы Фрянсковой, Настасьи Щепетковой, Голубова, Конкина, Голикова, Орлова и других — определены необходимостью переселения на новые земли донских станиц и хуторов, расположенных на территории будущего Цимлянского моря.
Резкий перелом в привычном, устоявшемся укладе бытия обнажает истинную сущность многих человеческих характеров, от рядового колхозника до руководителя района. Именно они во всем многообразии натур, в их отношении к великим свершениям современности находятся в центре внимания автора.
— У Гуцковых замок. И овчарка спущенная, — не сразу ответила Лидка, не зная, на чей счет принимать смех Конкина. — А Руженчиха извиняется, говорит: «С удовольствием бы, только негде. У меня, говорит, сын приезжает с армии». А Зинка, Степан Степанович, с ним гуляет и мне лично письмо его читала, что он аж весной приедет. Руженчиха тоже в хату не пустила… Вот они шли с маслозавода, видели. — Лидка показала на входившего в двери Ивахненко.
Красный с мороза, дородный, черноусый Ивахненко стукнул заснеженным сапогом о сапог, по-армейски разгонисто, полушутя козырнул Конкину, вежливо кивнул инженерам.
— Я к тебе, Степан Степанович. Насчет прибывших. Тут вроде жилищный кризис, так прошу до меня, Чем богаты, по-колхозному…
— Ох и хитрограмотный! — Конкин прищурился. — По-колхозному… Ладно, ладно, не объясняйся уж. Вали, готовь хату.
— А что? — спросил Голиков, когда Ивахненко оскорбленно вышел.
— Ничего. Инженерам у него хорошо будет, — ответил Конкин, снова улыбнулся Лидке: — Мотнись, родная, еще раз к Гуцковым, они уж овчарку привязали.
Петров не одобрял улыбок председателя Совета. Он дождался, пока закончится посторонняя болтовня, предложил подчиненным вернуться к работе и стал объяснять, что основное внимание комиссия должна уделить описи общественного сектора.
— С общественным ерунда, — заметил Конкин. — А вот с частным — это действительно вопрос сложный.
— Вы считаете, что частный сектор важнее? — сухо осведомился Петров. — Частный, по-вашему, в социалистическом сельском хозяйстве имеет больший вес?
— Бросьте пришивать, — дружелюбно отмахнулся Конкин. — Уже не модно.
Петров опустил глаза к бумагам, сказал:
— Извините. Здесь не место, и дискутировать не будем.
Конкин посерьезнел.
— То есть как — не будем? — спросил он, оправляя ладонями пробор таким жестом, каким перед дракой натягивают шапку. — Будем. И как раз здесь! А там, на описи, не допустим мутить колхозников. Понятно? — Он повернулся к Голикову: — Вы, как секретарь райкома, объясните, пожалуйста, это товарищам. И Петрову, инженеру, в отдельности, раз до него не доходит.
— Чего вы хотите? Конкретно? — спросил Голиков.
— Чтобы каждый понял: домохозяйке даже паршивенький, источенный червем подоконник в ее хате — как воздух. Она родилась — подоконник был, и замуж выходила — был, и сыновей на фронт провожала — тоже был, а теперь его долой. Надо ж, товарищ Петров, хоть чуть соображать это и все внимание при описи как раз им уделять, колхозникам!
Конкин подозрительно глянул на Голикова, готовый схватиться и с ним.
— Так я говорю? — спросил он.
Сергей не торопился. Вместо ответа спросил сам: считает ли все же Конкин, что опись общественного сектора менее важна?
Конкин смешливо, как на маленького, посмотрел на Голикова:
— Напугались, что про общественный меньше говорим? Нормы не выговорили? Так его ж описывать — техническая работа. А личное жилье — вопрос сердца!.. Ей-богу, товарищ Голиков, подскажите товарищам, чтоб думали. К примеру, не очень бы официально разговаривали с жителями. Зайдут во двор, пускай сперва пошутят с хозяйкой, поспрашивают о жизни, о детишках, а потом уж и насчет описи…
«Что он за фрукт, этот Конкин? — думал Сергей. — Орлов отзывался о нем скверно: «Мелкий скандалист, великий демагог». Пожалуй, прав. Конкин всего лишь сельсоветчик, а держится секретарем обкома минимум. С ним даже, с Голиковым, об этих самых секторах вот с какой издевочкой…»
Но вопрос, поднятый Конкиным, Сергей считал верным и, приняв его сторону, начал здесь же обсуждать с комиссией детали будущей работы, вызывая на разговор Петрова и других инженеров и даже пытаясь втянуть техника Римму Сергиенко. Как ни молод был Голиков в делах руководства, но уже освоил способы влияния на людей. Он то молчал, кивками поощрял очередного правильно говорящего инженера, то репликой направлял его — внешне абсолютно мягко, товарищески, но очень твердо, по существу, как это умеют профессиональные партработники; и выступающим казалось: как раз то, что они теперь высказывают, они думали и раньше, а сейчас просто сходились во взглядах с секретарем райкома. Не поддавался лишь Петров. Он спросил:
— Это установка — турусы разводить вокруг подоконников? Прикажете целоваться с домовладельцем, чтоб дух его держать на высоте?
— Целоваться не обязательно, — ответил Голиков. — Но должен сообщить: моральную сторону переселения правительство считает такой же важной, как постройку судоходного канала. Так что внимательное отношение к жителям извольте принимать как установку.