Идеальный помощник

Уф, наконец-то на месте. Можно распластаться в темноте, на холодных камнях, и отдышаться, хватая ртом воздух. Такой же мерзкий, как и всё на этой планете, – его постоянно не хватает. Вот же занесло нас на мою голову… Рёбра колет мелким каменным крошевом, даже через броник чувствуется. И всё-таки хорошо быть живым.

Ещё повезло, что у меня нет клаустрофобии, хотя лежать в малюсенькой расщелине, уходящей глубоко в скалу, не особенно приятно. Стоит вообразить все эти тонны камня сверху – так и ждёшь, что они вот-вот рухнут и сплющат нас в двумерные фигуры. Ладно, хватит думать об этом.

Зато отличное убежище: неприметный лаз в глубине, в стороне от гораздо более удобных – и потому очевидных вариантов. Нет уж, мы лучше скромненько.

Труднее всего было затащить сюда Эрика – заняло целый час.

Для начала я уложил его на свою куртку рядом с расщелиной, а сам пополз на разведку. Чем дальше, тем более стыло и непроглядно – как каменный холодильник.

Убедившись, что места в одном из тупиков хватит для нас двоих, а по дороге нет ничего опасного, вернулся и тут же пополз обратно – на этот раз ногами вперёд, подтаскивая за собой куртку с Эриком. Нащупывать путь ногами сложнее, а свёрток из помощника так и норовил развалиться – приходилось тянуть то с одной, то с другой стороны. Пока дополз, семью потами изошёл. После этого лежать на холодненьком даже приятно, хотя ясно, что это ненадолго, – справочник показывает, что скоро стемнеет, значит, температура упадёт.

Зато мы ещё живы. Ну, мне-то что, со мной и так всё в порядке. А вот Эрик лишь бы продержался до больницы – уж там ему пришьют новые ноги, от зайчика или ещё какого кузнечика. Хм, представляю, что получится на выходе… Ладно, шутка, у него вырастут собственные, хотя, как я слышал, процесс это медленный, мучительный, требует круглосуточного переливания крови и тонну обезболивающего.

А сейчас медикаментов у нас нет – я, идиот эдакий, так торопился сбежать, что забыл поискать хоть что-нибудь среди обломков корабля. И пока я обустраивал Эрику «гнездо», подпихивая одеждой со всех сторон, он ещё и очнулся – вскоре это стало заметно по напрягшимся мышцам под моими руками и стуку зубов. Чёрт. Конечно, хорошо, что он жив, но без обезболивающего от таких повреждений рехнуться можно – вот и он, видимо, так сдурел от боли, что вцепился мысленно в моё сознание и стал требовать, чтобы я его выпил. Где-то я уже это слышал.

«Ты сам знаешь, что я этого не сделаю».

«Потому что ты идиот» – надо же, в его сознании чувствуется даже искра злости. Отлично, злость помогает держаться.

«От идиота слышу. Можешь хоть сдохнуть, но твои требования я выполнять не собираюсь».

«Очень смешно» – и Эрик обиженно замолкает, только зубы в темноте стучат.

Тоже придумал – оскорбляться из-за того, что я не хочу его убить. Суицидник хренов. Ну, зато на фоне всех его повреждений голова работает на удивление хорошо – дурная, конечно, но на привычном уровне. Это успокаивает. Как и яркие огоньки его глаз в темноте.