![Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
голос двойника. «Убили», — подумала Любовь Антоновна. «Уби
ли, — как эхо повторил двойник. — Ты всегда хочешь быть
права... Ты сделала перевязку ему». Любовь Антоновна поняла,
что двойник говорит об убийце матери. «Мы вместе делали,
— возразила Любовь Антоновна. — Ты — это я, а я — это ты».
«Неправда, доктор! Я похожа на тебя, но не во всем. Я роди
лась вместе с тобою, но тебя видят все, а меня никто. Я запре
тила тебе помогать убийце, а ты меня не послушала». «Запре
тила! — закричала Любовь Антоновна. — Ты остановила мои
руки, когда они бинтовали его?» «У меня нет сил схватить
тебя за руку, — возразил двойник. — Я — только совесть, неви
димая людям. Я просила тебя не помогать Гвоздевскому». «Его
уже нет». «Но он жил по твоей воле, посмотри, что он сделал».
Перед глазами Любови Антоновны возник человек. В правой
руке он держал отрубленную кисть и что-то напевал вполголоса.
Рядом с ним стоял худой и черный мужчина. Он заливался
смехом, а чья-то рука, только одна рука, без туловища и голо
вы, вырывала у незнакомца волосы, прядь за прядью, и броса
ла их вверх, навстречу восходящему солнцу. Приплясывая и
кривляясь, к ней шел пухлый мальчишка, выкрикивая на ходу:
«Женитесь на мне!» и толпа людей. Они кричали, их голоса,
высокие и низкие, грубые и пискливые, слились в единый
вопль: «Жи-и-и-ть! Жи-и-и-ть!» И Катя... она протянула Любови
Антоновне кусок изъязвленного легкого, хотела что-то сказать
— и исчезла. «Все это сделала я? — в ужасе спросила Любовь
Антоновна. — Неужели ни одного доброго дела?! Я никому не
помогла?» «Прочь! — прогремел чей-то голос и двойник исчез.
— Это не совесть твоя, а твои заблуждения. Ты мучаешь
61
себя, а ты — доктор милостью Божьей. Забудь об этих призра
ках... Они не твои... Взгляни, что ты сделала». Любовь Антонов
на увидела ребенка. Он полз к ней, тянул руки, бессмысленно
пускал пузыри. А рядом с ним стоял мужчина, высокий, свет
ловолосый, со счастливым смехом он смотрел на ребенка. «Этот
бы ребенок не родился, — сказал голос, — если б ты не спасла
его отца. Взгляни на других». Толпа людей окружила доктора
со всех сторон. Среди них были хмурые, озабоченные, печаль
ные и равнодушные, но многие, очень многие, смеялись беспеч
но и счастливо, как тот, светловолосый. И все они протягивали
к ней руки, просили подойти к ним. Среди них были Рита и
Катя, но теперь Катя протягивала доктору охапку душистых
цветов, а Рита держала в своей маленькой ладони крохотную
незабудку и шептала: «Это вам, доктор. Будьте мне мамой».
И дети... Весело смеясь, они бежали к ней, переступали запрет
ную черту, ее не могли перейти взрослые. Они обступили Лю
бовь Антоновну, тормошили ее, радостно вскрикивая: «Поиграй
с нами, бабушка! побегай! догони!..» И, весело галдя, мчались
по полю и вновь возвращались к ней. «Это дети тех, кого ты
спасла, за кого мучилась в лагере». «А где же Вадик? — спро
сила Любовь Антоновна. Но невидимый голос ничего не отве
тил. — Его нет в живых? Последнюю былинку вырвали из
сердца. А я? Я? За что я приговорена жить?» «Ты нужна, док
тор! Нужна другим, — снова заговорил голос. — Ты сильная».
«Освободите меня от жизни», — умоляла Любовь Антоновна.
«Взгляни сюда!« — приказал голос. Доктор увидела, что к ней
идет Рита. Она подходила все ближе и ближе, и вдруг голубые
цветы, что покорно стлались у нее под ногами, вытянулись,
и стебли их безжалостно хлестнули Риту по лицу. На щеках
Риты остались кровавые полосы. «Они пыот кровь! — крикну
ла Любовь Антоновна. — Цветы-кровопийцы!» Любовь Анто
новна шагнула к Рите. Цветы отпустили девушку. И снова
ребенок. Он ползет по полю. И вдруг лицо его синеет. «Спаси
те ребенка, доктор! — приказал голос. — И ее». Любовь Анто