Опечатанный вагон. Рассказы и стихи о Катастрофе

Днем я засыпал на ходу, и Гарбуз бил меня за нерадивость. Иногда я забирался на сеновал в амбаре и засыпал там. Когда Гарбуз обнаруживал, что я увиливаю от работы, все начиналось сызнова.

Я был уверен, что непонятные мне вспышки ярости Гарбуза объясняются какими-то таинственными причинами. Я вспоминал магические заклинания, которыми пользовались Ольга и Марта. Они предназначались для наведения болезней и прочих вещей, далеких от настоящего колдовства. Я стал изучать обстоятельства, предшествующие вспышкам ярости Гарбуза. Несколько раз мне показалось, что я отыскал ключ к его настроению. Дважды подряд он избил меня сразу после того, как я почесал голову. Кто знает, может быть, действительно существовала связь между вшами в моих волосах, в чью спокойную жизнь непрошенно вмешивались мои пальцы, и поведением моего хозяина? Я тут же прекратил скрестись, хотя порой зуд бывал просто невыносим. Однако через два дня после того, как я оставил вшей в покое, он снова избил меня. Пришлось пересмотреть свои выводы и начать размышлять сначала.

В другой раз я предположил, что на него действует калитка, ведущая на клеверное поле. Трижды после того, как я проходил через нее, Гарбуз подзывал меня и давал оплеуху. Я подумал, что таким образом тревожу живущего там злого духа и тот в отместку настраивает Гарбуза против меня. Чтобы не беспокоить духа, я стал лазать через забор. Гарбуз не понимал, почему я трачу время, вместо того чтобы кратчайшим путем пройти через калитку. Он решил, что я хочу подразнить его, и поколотил меня больнее обычного.

Гарбуз все время подозревал, что я имею против него какие-то дурные намерения, и непрестанно мучал меня. Он развлекался тем, что тыкал мне под ребра рукояткой мотыги, швырял меня в крапиву или колючие кусты, а потом веселился, наблюдая, как я вытаскиваю из тела колючки. Он стращал меня тем, что за непослушание посадит мне на живот мышь, как это делают мужья с неверными женами. Эта угроза приводила меня в ужас: я слишком ярко представлял на своем пупке накрытую стаканом мышь. Я чувствовал, как будет невыносимо больно, когда попавший в ловушку грызун начнет прокладывать себе путь к спасению через мой пупок и внутренности.

Я перепробовал самые разные заклятья, но Гарбуза ничего не брало. Однажды, когда он привязал мою ногу к табурету и щекотал пятку пшеничным колоском, я вспомнил один из рассказов Ольги — о ночной бабочке с изображением черепа на спинке, похожим на то, что я видел на фуражке немецкого офицера. Если поймать такую бабочку и трижды дунуть на нее, то самый старый человек в доме очень скоро умрет. Вот почему новобрачные не спят по ночам. Чтобы поскорее получить наследство, они ловят эту бабочку.

Теперь по ночам, после того как Иуда и Гарбуз засыпали, я ходил по комнатам, открывал окна и запускал в дом ночных бабочек. Они слетались тучами и, сталкиваясь друг с другом, бешено вились вокруг дрожащего пламени свечки. Некоторые летели прямо на огонь и сгорали заживо или прилипали к оплывающему воску. Говорили, что по промыслу Божьему они превращались в разные существа и в каждом воплощении подвергались страданиям в соответствии со своей провинностью. Но меня нисколько не интересовали их грехи. Пусть, размахивая в окне свечой, я заманивал всех бабочек — нужна мне была только одна. Как-то ночью огонь свечи и мои движения разбудили Иуду, а его лай поднял Гарбуза. Он незаметно подкрался ко мне сзади. Увидев, как я прыгаю по комнате со свечой в руке, окутанный тучей мух, ночных бабочек и других летучих насекомых, он решил, что я исполняю какой-то языческий цыганский обряд. Наутро меня постигло особенно жестокое наказание.