Чешское время. Большая история маленькой страны: от святого Вацлава до Вацлава Гавела
- Автор: Шарый Андрей Васильевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: КоЛибри, Азбука-Аттикус
- ISBN: 978-5-389-20901-5
- Жанр: География, путевые заметки
Электронная книга - «Чешское время. Большая история маленькой страны: от святого Вацлава до Вацлава Гавела». Краткое содержание книги:
При этом «Чешское время» — и частная история автора, рассказ о поиске ориентации в чужой среде, личный опыт проникновения в незнакомое общество. Это попытка понять, откуда берут истоки чешское свободолюбие и приверженность идеалам гражданского общества, поиски ответов на вопросы о том, как в Чехии формировались традиции неформальной культуры, неподцензурного искусства, особого чувства юмора, почему столь непросто складывались чешско-российские связи, как в отношениях двух народов возникали и рушились стереотипы.
Книга проиллюстрирована работами пражского фотохудожника Ольги Баженовой.
В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
Deutschböhmen приветствовали в Гитлере освободителя и объединителя, потому что считали: вот и в их края наконец-то пришла долгожданная «немецкая осень» после двадцатилетней «славянской зимы». Ведь в 1918-м, когда развалилась Австро-Венгрия, богемские и моравские немцы попытались было отгородиться от чехов и словаков, да не вышло, в межвоенной чехословацкой республике немцам не удалось добиться даже ограниченной автономии. Славяне, в монархии Габсбургов протестовавшие против национального неравенства и германского доминирования, придя к власти, расплатились с немецкоязычными согражданами монетой той же чеканки, а потом здесь с невозможной легкостью победил Гитлер. Лет двести назад пражский немецкоязычный математик и политический философ Бернард Больцано (ученый итальянского происхождения) выдвигал проект «богемизма», основанный на земском патриотизме немцев и чехов, с перспективой формирования единой политической нации по типу швейцарской или бельгийской. Предложения Больцано не привлекли особого внимания в силу кажущегося прекраснодушия, а потом их похоронил революционный национализм 1848 года[16].
В Хебе — Эгере все пошло, как везде в рейхе: уже через месяц с небольшим после визита фюрера, в начале ноября 1938 года, в городе сожгли синагогу и разорили еврейское кладбище. Нацисты овладели не только землями Egerland и Fogtland, но и небом над ними. 13 августа 1939 года на местном аэродроме (первом на чешской территории, еще австро-венгерской постройки) к восторгу 120-тысячной толпы приземлился дирижабль D-LZ 130 «Граф Цеппелин II», последний из построенных в Германии гигантских управляемых аэростатов. Каркас цеппелина был не свинцовым, а дюралюминиевым, главные шпангоуты имели форму 36-угольника (кратно шести). Пропагандистское мероприятие прошло с шумным успехом, поглядеть на 40-метровую серебристую «сигару» съехались и пражане, и берлинцы, но вскоре D-LZ 130, как и другие дирижабли, разобрали: легкий металл пошел на строительство истребителей.
Страна готовилась к большой войне, нацисты планировали германизировать протекторат Богемии и Моравии: «хороших» чехов переделать обратно в немцев, а «плохих» выселить в Сибирь или уничтожить. Немцы воспринимали чехов как «славянизированных германцев», которым суждено было принять имперскую идею или умереть. Поэтому жителям протектората, заявлявшим о германском происхождении своих предков, позволяли называться немцами и претендовать на немецкое гражданство. Из тех же соображений нацисты не запрещали чешско-немецкие браки. Геббельс на встрече с журналистами в Праге заявлял, что чехи очень быстро научатся воспринимать Гамбург как свой порт, а при мысли о немецком военно-морском флоте будут испытывать гордость.
Но вот сегодняшний Хеб, город контрастов и двух примиренных, по крайней мере внешне, современной единой Европой национальных культур: на макушке холма над рекой Огрже раскопано славянское городище, говорят, что IX века, пара-тройка надгробий из желтоватого камня. Над этим холмом словно реет самое старое в бывшем Эгерланде — виртуальное — чешское знамя: мы первыми пришли, мы здесь останемся навеки! В 1165 году император Фридрих Барбаросса (такой немец-перенемец, что его именем советники фюрера закодировали операцию вторжения в СССР) велел построить поверх этого чужого кладбища пфальц, королевскую резиденцию с капеллой Святых Мартина, Эрхарта и Урсулы, а также просторным по меркам средневековья дворцом. Под натиском времени устояли две дворцовые стены, с оконными пролетами романских очертаний, но без крыши и намеков на внутреннюю планировку. С верхотуры Черной башни, сложенной из вулканического туфа (в окрестностях Хеба наблюдается сейсмическая активность, можно даже полюбоваться на булькающие болота), открывается типическая чешская городская пастораль: пойма тихой речки, разбитый на деньги ЕС парчок отдыха со спортплощадкой, аттракционами и пивными, близкие шпили церквей, далекие шеренги многоэтажек. Много красоты, немного уродства — tak akorát, сказали бы чехи, всего в меру.
Главный механизм нелинейного чешско-немецкого летоисчисления измеряет в Хебе не часы и минуты, а события прошлого. Врата времени, девятиметровой высоты створка стилизованной стальной двери, установлена у впадения проспекта Свободы в площадь Короля Йиржи из Подебрад, указывая (так поясняет автор композиции архитектор Мариан Карел) на то обстоятельство, что именно здесь средневековый город когда-то отважно открылся индустриальной эпохе. Произошло это прямо-таки в физическом смысле: чтобы соединить тогдашнюю Marktplatz с построенным в 1860-е годы вокзалом, на южной оконечности площади снесли два дома, и горожане увидели волшебную перспективу новой жизни.
16
События 1848–1849 годов, известные как «весна народов», — совокупность охвативших несколько стран революционных движений, ставивших своими задачами, как правило, провозглашение национальных государств и общую демократизацию общественной жизни. В Праге вооруженные выступления под лозунгом чешской автономии в рамках Австрийской империи в июне 1848 года были подавлены войсками фельдмаршала Альфреда цу Виндишгреца, жена которого стала случайной жертвой столкновений.