«Ужас Мой пошлю пред тобою». Религиозное насилие в глобальном масштабе

Примечательным образом это же самое о преданности борьбе и моральном праве на убийство могли бы сказать представители некоторых военизированных групп и с католической стороны, хотя среди них и больше разногласий по поводу того, насколько центральную роль в этом конфликте играет религия. Отчасти это проблема определений. Те, кто рассматривает ее как прямую санкцию церкви, вряд ли назвали бы ирландских республиканцев особенно религиозными; те же, кто мыслит религию более широко, как культуру и сферу жизни общества, рассматривают их позицию как самый настоящий крестовый поход.

Большинство членов ИРА и «Шинн Фейн» росли в семьях добрых католиков и принадлежат к единой «католической культуре» ирландской традиции, как ее определил в беседе со мной лидер партии Том Хартли[84]. Республиканскую борьбу втихую поддерживали многие католические священники и даже монахини. Так, отец Денис Фол полагал, что мотивация предводителя ИРА Бобби Сэндса для голодовки в тюрьме была «религиозной» и «богословски оправданной»[85]. И далее Фол утверждал, что поскольку «смерть – это жертва», а «надежда на прощение» облегчает вину, убивать и гибнуть ирландцев научила католическая культура[86]. О религиозной природе ирландского национализма заявлял и Конор Круз О’Брайен – ирландец, весьма красноречиво писавший о современных мировых конфликтах. По словам О’Брайена, религия и национализм на его родине, «они как легкие» – с одним жить трудно, а вообще без них невозможно[87]. Агрессивную стратегию ИРА он описывал как «мощное переплетение религии и национализма» и даже как «некое подобие священной войны»[88].

С учетом этой огромной роли католичества в ирландском национализме, которую подчеркивают активисты вроде Хартли и писатели вроде О’Брайена, более чем прохладные отзывы священноначалия Римско-католической церкви о деятельности ИРА и «Шинн Фейн» несколько удивительны. Это тем более так, если учитывать обвинения Иана Пейсли, считавшего, что вина Рима в Смуте – это «бесспорный факт»[89]. Однако учитывая, что с самого начала конфликта «князья Церкви» были настроены к ИРА и «Шинн Фейн» враждебно, «факт» этот более чем спорный. Некоторые церковники вроде архиепископа Кахала Дейли высказывались о них откровенно едко. Том Хартли припомнил случай, когда какие-то представители католического духовенства подписали петицию с умеренной поддержкой республиканских взглядов. Увидев их имена в числе подписантов, церковные иерархи по-тихому перевели их из Северной Ирландии в более спокойные части страны[90]. Поговаривали, что католики – активисты ИРА даже с легким сердцем разделяли вооруженную борьбу и религиозный долг, опуская соответствующие грехи на исповеди[91].