Стенание [litres][Lamentation]
- Автор: Сэнсом Кристофер Джон
- Серия: Мэтью Шардлейк #6
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Аттикус
- ISBN: 978-5-389-20334-1
- Переводчик: Михаил Владимирович Кононов
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Стенание [litres][Lamentation]». Краткое содержание книги:
На этом тревожном фоне сыщик-адвокат Мэтью Шардлейк расследует странное преступление, случившееся в покоях Екатерины Парр, супруги Генриха, – похищение драгоценного перстня. На самом деле (Шардлейк в этом скоро убеждается) перстень – просто обманка. Похищена рукопись королевы под названием «Стенание грешницы», и ее публикация может стоить Екатерине жизни…
В мире литературных героев и в сознании сегодняшнего читателя образ Мэтью Шардлейка занимает почетное место в ряду таких известных персонажей, как Шерлок Холмс, Эркюль Пуаро, Ниро Вулф и комиссар Мегрэ.
Ранее книга выходила под названием «Плач».
Я выпрямился. Королева упорно не поднимала глаз, однако Кранмер поймал мой взгляд. На архиепископе были шелковая сутана, надетая поверх черного камзола, и простая черная шапка, из-под которой виднелись седые волосы. Его большие выразительные голубые глаза смотрели тревожно.
– А, сержант Шардлейк, – проговорил Кранмер своим тихим голосом. – Интересно, сколько же времени мы не виделись? Наверное, года три…
– И даже дольше, милорд архиепископ, – ответил я.
Екатерина наконец окинула меня горестным взглядом и натянуто улыбнулась:
– С тех самых пор, как вы спасли мне жизнь, Мэтью. – Она вздохнула, а потом заморгала и повернулась к лорду Парру. – Что, леди Елизавета пошла позировать для портрета?
– Да, но сперва она долго сопротивлялась, – сказал ее дядя. – Леди Елизавета считает, что неприлично писать ее портрет в спальне.
– Видно, она устала позировать. Долго же художник ее рисует… Однако этот портрет очень важен. – Королева снова посмотрела на меня и тихо проговорила: – Как вы поживаете, Мэтью? Чем занимались в последний год?
– Живу я неплохо, ваше величество, – улыбнулся я. – Как обычно, работаю в области права.
– А как дела у Хью Кертиса?
– Тоже хорошо. Он занимается торговлей тканями в Антверпене.
– Вот и славно. Я рада, что из всей этой неприятной истории вышло хоть что-то хорошее. – Екатерина закусила губу, словно не желая продолжать.
Возникла пауза, а потом слово взял Кранмер:
– Как заметила королева, однажды вы уже спасли ей жизнь.
– Имел такую честь, – не стал спорить я.
– И теперь, похоже, вам предстоит сделать это снова.
Я посмотрел на ее величество. Она опять опустила глаза. Эта подавленная, донельзя расстроенная особа была не той Екатериной Парр, которую я знал. И потому я тихо спросил:
– Неужели положение настолько серьезно?
– Боюсь, что да, – ответил архиепископ.
Королева сложила ладони:
– Это все моя вина. Мое тщеславие, моя самоуверенность…
Лорд Парр властным тоном прервал ее:
– Я думаю, лучше начать с самого начала и рассказать сержанту Шардлейку обо всем, что произошло с весны.
Его племянница кивнула:
– Принесите стулья для всех. – Она вздохнула. – Ладно, будем называть вещи своими именами, история очень и очень непростая. Начнем с того, что сказал король в марте.
Уильям Парр многозначительно посмотрел на меня:
– Вы будете только пятым человеком, кто узнает это.
Я сидел неподвижно, стараясь сохранять невозмутимость, хотя мне и очень хотелось сцепить руки на коленях. Мне стало ясно, что на этот раз я поистине нырнул в глубокий колодец. Королева смотрела на меня с какой-то безысходностью, поигрывая жемчужиной у себя на шее.
– Весной король серьезно заболел, – начал лорд Парр, – и не покидал своих покоев много недель. Он приглашал к себе королеву, и ее присутствие утешало его. Их разговоры часто обращались к вопросам религии, как это характерно для его величества. Впрочем, в то время епископ Гардинер только что вернулся из-за границы: он пребывал в прекрасном настроении, поскольку добился успеха в переговорах о новом договоре с Карлом, императором Священной Римской империи.
– И тут я совершила страшную ошибку, – тихо и печально проговорила королева. – Три года я находилась на вершине успеха и всегда была осторожна в своих речах. Но меня одолел грех тщеславия, и я забыла, что я всего лишь женщина. – Она снова потупилась, подняв за цепочку жемчужину и рассматривая ее. – Я стала спорить с королем слишком пылко, пытаясь уговорить его снять запрет женщинам и простонародью читать Библию; я говорила, что все должны иметь доступ к словам Христа, чтобы спастись…