Разлучи нас, смерть! (СИ)

День в офисе прошёл без особых происшествий, но к вечеру Джейсон начал испытывать беспокойство. Глупо было надеяться, что ему повезет так же, как и вчера, и Астон с женой куда-нибудь самоустранятся. В четыре вечера Астон заявил, что продолжит работу дома, и приказал собираться. К счастью, он брал с собой не только Джейсона, но и Манифасье, начальника Женевского отделения банка, и ещё двух сотрудников: они также были приглашены к ужину. Джейсона никто не приглашал.

Когда они приехали в Колоньи, Камиллы и детей не было дома. Работу они продолжили в кабинете Астона, том самом ненавидимом Джейсоном кабинете. Прошло довольно много времени, прежде чем Астону потребовался один из документов, которые Джейсон привёз из офиса и оставил на столе в маленькой приёмной перед кабинетом.

Джейсон вышел в приёмную и стал искать нужные бумаги в стопке документов на столе. Звук шагов прямо за спиной заставил его резко обернуться: он лишь на доли секунды встретился с ней взглядами, и она быстро прошла мимо него в кабинет.

Камилла.

Ему не удалось толком рассмотреть её. Он заметил лишь высокую, статную, очень женственную фигуру, красивое лицо с выразительными крупными чертами и делано-равнодушный взгляд. Этот взгляд скользнул по нему, как по мебели или стене, не замечая и не удостаивая вниманием. Но Джейсон знал, что за этим равнодушием скрываются сильнейшая неприязнь, ревность, быть может, ненависть к нему.

Документы лежали перед ним, а он не мог сообразить, что ему нужно. Наконец он выбрал три листа, покрытых цифрами, и подошёл к двери. Джейсон подумал, что оказался сейчас в более выигрышном положении: у него было несколько секунд, чтобы после этой встречи перевести дух в одиночестве, у Камиллы этого времени не было.

Джейсон понимал, что его несколько секунд передышки тоже истекают. Он должен войти сейчас в кабинет. Он знал, что сможет, что ни один мускул на его лице не выдаст напряжения, но заставить себя было тяжело.

Он повернул ручку двери и вошёл. Бумаги аккуратно легли на стол перед Астоном, а сам секретарь бесшумно занял своё место. Камилла говорила что-то насчёт ужина. Разговор вёлся на французском, и Джейсон заметил сильный немецкий акцент, но уровень владения языком у Камиллы был, несомненно, лучше, чем у него самого.

Астон ответил ей, что ужин можно подавать через полчаса, после чего его жена вышла из кабинета, напоследок ещё раз бросив на Джейсона ледяной взгляд.

В приёмной она остановилась чуть ли не на том самом месте возле дверей, где недавно стоял Джейсон, и выдохнула. Ничего страшного не произошло, но внутри всё похолодело и никак не желало оттаивать.

Войдя в приёмную, она в первую секунду не поняла, кто пред ней. Молодой мужчина стоял к ней боком, лица его не было видно, и она даже успела отметить удивительно изящный наклон светловолосой головы, прежде чем сообразила, кто перед ней. Коллинз не слышал, как она вошла, и быстро перебирал какие-то бумаги. Она много знала о нём, видела десятки его фотографий, но воображение всё равно рисовало его портрет по-своему. Камилла представляла его гораздо ниже ростом, худеньким, маленьким, женственным. Он оказался совсем не тем изнеженным мальчиком, каким ей всегда виделся.