Прощание с Византией [publisher: SelfPub]

Хотя получившиеся пайки были скудны, они позволяли константинопольцам держаться на ногах. Но и эта мера имела свой естественный срок. Вскоре голод вновь стал душить защитников Константинополя. Все очень рассчитывали на венецианский и папский флот, по слухам, должный прибыть в город с минуту на минуту. К несчастью, однако, союзники откровенно медлили с отправкой столь желанных для Византии кораблей, и греки не знали, что в самом лучшем случае те могли прибыть не ранее конца мая[1162].

Вновь возникли серьезные трения между венецианцами и генуэзцами. Дошло до открытых стычек, и император св. Константин XI в отчаянии воззвал к ним: «Достаточно того, что война у наших дверей! Так, ради Бога, не начинайте ее между собой!» Как рассказывают, ввиду тяжести ситуации, василевс втайне попытался наладить с султаном дипломатические отношения и, как полагают, они даже обменялись послами. Святой Константин XI предложил султану определить размер ежегодной дани и обещал оплачивать ее. Но Мехмед II был непреклонен в своем решении: Константинополь должен быть сдан! Взамен он обещал подарить лично императору жизнь и отдать ему Морею, а братьям предоставить другие уделы в собственность. «В противном случае, – угрожал Мехмед II, – я войду в город с боем, тебя и всех твоих вельмож поражу мечом, а остальной народ отдам на растерзание войска. Мне же хватит и пустого Константинополя».

Конечно, св. Константин XI это предложение даже не рассматривал. К чести византийцев, никто из них также не помышлял о сдаче столицы туркам и, кроме того, едва ли верил в милосердие Мехмеда II. Был дан обстоятельный ответ, в котором особенно запоминается окончание: «Владей же будто бы по праву несправедливо похищенными у нас укреплениями и землей. Ибо как знать: надеясь выиграть, получишь ли ты чтонибудь? А отдать тебе Константинополь не в моей власти, да и не во власти обитающих в нем. Ибо по нашему общему решению все мы добровольно умрем и не пощадим наших жизней»[1163].

В эти дни среди высших государственных сановников Византии возникло предложение об эвакуации императора. Очень многие полагали, что св. Константин XI должен покинуть город и отправиться в Морею, к братьям, чтобы оттуда организовать сопротивление османам. Но царь спокойно и решительно отклонил данное предложение, решив разделить свою судьбу с остальными защитниками города[1164].

6 мая 1453 г. турки возобновили обстрел, в том числе из пушкигиганта, сконструированной венгром Урбаном. А на следующий день бросились в атаку на участок стены Месотихиона с лестницами и крюками для преодоления остатков крепостных сооружений. Их число было очень велико, но византийцы храбро отбивали приступ за приступом. Особенно отличился солдат Рангавис, лично убивший знаменосца султана, но сам павший на поле боя. Но и этот штурм не удался: османы отступили с большими потерями, весь ров наполнился трупами убитых турецких солдат. Они грудами лежали в канавах, и кровь стекала с безжизненных тел, образуя страшные ручьи[1165].